На линии
- Автор: Пьянков Игорь Георгиевич
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Современник
- ISBN: 5-270-00508-5
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «На линии». Краткое содержание книги:
Таковы и герои романа «На линии», написанного интересно, с привлечением обширного исторического материала.
— Всё! Дальше сказывайте. Но не хором, а кто поскладней удумает, — закончил читать Греков. Утомленный, он присматривал на столе угощенье.
Отставные в который раз зашумели.
— Околь Илека речушки дюже травистые ветвятся. Дозволили б и их, от владенья, пользовать, — предложил Иван Ершов, служащий казак, в числе летней стражи уже оберегавший дорогу из Илецкой Защиты к Илекскому городку с проползающими фурами, груженными солью.
— Будем в охотку метать… Без счета и соседа! — представя богатство стогов, мечтательно произнес отставной Гаврила Поляков, отец троих малолетних сыновей: от семнадцатилетнего Федора до годовалого Петра.
— И дом в желании поставить! — поддался радужному настроению Ершов, ютящийся с семьей в старом дедовском саманнике с плоской земляной крышей.
— Дома не грибы, от дождя не попрут, а там и за дождем побегаешь, — тихо, но так, что^ все услышали, произнес Тимофей Киселев, сорокалетний степенный казак, еще служащий.
Честным делом, обрадовался Мокей, прознав, что и Киселев на новое место надумал. Уважал он ухватистого на хозяйство и службу, с виду такого неспешного казака. Казалось, вынь его из жизни — так дыра зиять будет! А шла та равновесность от сути его беспраздной. Соседу ли подсобить, костер ли раздуть на привале — требовалось ему как картошке соль. Вот бы потянулись за ним внуки! Тогда б и Мокей помер спокойно, а то зажился неприбранный по забытию богом.
— А хлеб?! — обвел всех внимательными серыми глазами Киселев. — Его хоть вполруки, хоть через горсть бросай, а сеять надо. Спаси-помоги, как колотиться придется. Не наплакаться б.
— Уж не отлеживаться замыслили. Что ж стращашь?
— Да к тому, что льготку не пропустить, — чуть тверже, удивляясь, как его до сих пор не поняли, наставил Тимофей Киселев.
— Пробещана! Когда-сь объявляли, о ней долгошенько толковали.
— Верно, обещана, но прописать по бумаге лучше, — хорунжий многозначительно пощелкал пером о пузырек с чернилами.
— Заодно проси и о нынешнем. Как нарядимся на летний кордон, чтоб впрок пошло.
Уже скрипя пером, хорунжий покивал. Скоро он зачитал и окончание прошения:
— «…еще осмеливаюсь всепокорнейше просить, дабы указом повелено было сие наше прошение Оренбургской Войсковой канцелярии принять и впредь, до разрешения просимого, позволить продовольствовать служебных лошадей и прочий скот наш с Новоилецкой линии. А для проезда и постройки домов испросить льготы, сколько заблагорассудится главному начальству. А доколе мы совсем не переселимся, дозволить пользоваться выгодами нашими на прежнем месте, что доставит всем случай к лучшему исправлению.
Вчерне сочинил и набело переписал и к оному, с личной их, Андрея Рахманина, просьбы, за неумением грамоты, руку приложил того же войска полковой хорунжий Николай Греков».
За проставлением точки Греков перечитал все прошение полностью, и до этого шумная и говорливая компания утихла, поглощенная раздумьем о своих судьбах.
Неизвестно, сколь долго б они просидели так, не случись обычная в этих местах тревога. С ближнего маяка закудрявился сигнальный дым — знать, где-то перелезла Орда порыскать удачи на Сакмарской стороне. Служащие казаки, не прощаясь, выскакивали в дождь. Из многих ворот меньшие братья уже выводили им оседланных коней. Только что дремавшая станица ощетинилась, быстро трезвея.
Медленно тянулось ожидание Мокея Полякова и остальных отставных казаков. Вспомянули немало случаев прежних воровских нападений и тревожных всполохов, а посланные вдогон все не возвращались. Под самую ночь старики стали прощаться, молчаливо разбредаясь по домам. Внуки спали, и Мокей не вдруг достучался до них концом посошка. Его сабля, обычно покоившаяся на гвозде, снятая, лежала между ними. Прежде собиравшийся рассказать внукам о принятом решении, сейчас Мокей передумал и, не сгоняя большего страха, отложил до утра. Выпив ковш холодной воды, Мокей залез на печь. Скоро уснул, а на одном из ударов сердце его вскинулось на дыбы.