Навечно разрушен [ЛП]

— Ну, он всегда на какой-то работе или поручении. Бедняга не берет отпуск, — Джейс делает глоток и оглядывает клуб.

— Итак, если он теперь собирается защищать меня… — я съеживаюсь при этой мысли. — Кто будет заниматься этими поручениями?

— Не беспокойся об этом. Все уже спланировано. Он лучше всех подходит для этой работы, — он допивает свой напиток и встает со стула. — Ладно, сегодня бой, мне нужно сделать ставки, так что я пойду. Сегодня я буду драться в первый раз, и кто знает, может быть, кто-то сможет выиграть на мне бабла, — он ухмыляется.

— Они серьезно разрешили тебе сражаться сегодня? — издеваюсь я.

Несмотря на мои шутки, на улице ходят слухи, что он довольно хорош. Вроде страшно хорош, но достаточно ли для того, чтобы сделать это на ринге? Я не знаю… В этот момент меня осенила идея, которая может привести нас обоих к серьезным неприятностям с отцом

— Черт возьми, да, и тебе лучше поверить, что я выиграю. Репутация Шторма разотрется в порошок, как только я выйду на ринг, — он гордо улыбается.

Я слышала о Шторме, но еще не видела этого человека в действии, и из того, что я слышала, он не из тех, с кем стоит связываться. Он новичок в андеграунде, но его репутация быстро стала легендой. Он известен жестокостью по отношению к своим соперникам, он уничтожает всех, с кем сталкивается. Говорят, что ему дали это имя из-за того, как он жестоко нокаутирует своих противников, будто ледяным холодом.

Даже самые большие и крутые гангстеры оставались в ужасном состоянии после одного раунда с ним. Он позволял своим противникам сделать пару ударов, чтобы у них осталось немного достоинства… потом он их уничтожает. Он — чудовище на ринге, он непобедимый, и рассказы о его безжалостности могут отпугнуть кого угодно. А тут мой наивный старший братец думает, что сможет его одолеть.

— Ты сошел с ума, если думаешь, что сможешь справиться с ним, Джейс. Не смеши, ты можешь навредить себе, — предупреждаю я, искренне беспокоясь за него.

— Ой, посмотри, как ты обо мне беспокоишься. Не волнуйся, сестренка, я сам справлюсь, — он подмигивает мне.

Сколько бы я ни умоляла отца позволить мне хотя бы мельком взглянуть на всю эту сцену подпольных боев, он всегда отказывается. Говорит, что это не место для девушек, и все же я видела сотни женщин, выстроившихся в очередь у двери.

И вот тогда в игру вступает моя идея.

— Послушай, если ты сможешь провести меня сегодня вечером, я позову Тессу. Обещаю. Только проследи, чтобы мы вошли, и не дай папе узнать! — я знаю, что мне придется серьезно умолять Тесс, но я чувствую, что должна пойти туда сегодня вечером.

Я устала сидеть в темноте и слушать рассказы других людей о том, что там происходит. Мне нужно увидеть это своими глазами, и, возможно, это мой единственный шанс.

Удивление мелькает на его лице.

— Ты же знаешь, что папа надерет не только твою задницу, но и мою тоже, если увидит тебя там. Это единственное место, куда тебе нельзя заходить, ты же знаешь.