Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)

— Даже тому, что от соджу её вынесло, а от почти двух бутылок шампанского она вот ни капли не пьяна? — Юнги кривится, будто бы это он только что залпом выпил горькую шипучку.

— Да, — Хосок, пребывающий в опасной близости от Сокджина и поэтому слегка одурманенный, уже точно видит овечек. Зелёных. В красных передничках.

— И какое? — Тэхён боится отводить глаза, а то вдруг пропустит ещё что-то такое… эдакое. Не в стиле их штатной ведьмочки. Но сочный стейк в его тарелке так манит, ах, как же он манит!

— Это же Мина, — с уверенной детской наивностью заявляет Чимин. Чонгук, Тэхён и Юнги, услышав это, понимающе тянут «Аааа», и вдруг совершенно расслабляются.

— Точно.

— Это же наша ведьмочка.

— И чего мы переживали?

— О чём? — открытая на груди блузка слегка задерлась вверх, и макнэ совершенно привычным жестом поправляет её, после заправляя снова выбившуюся прядь за ухо.

— Что ты себя непривычно ведешь. Мы к такой тебе совсем не привыкли, если честно.

Мина фырчит на это, словно кошка, и берет на руки объевшегося Лютика.

— Я просто гораздо больше привыкла общаться с взрослыми, — она чешет кота за ушами и присаживается на краешек стула Чонгука. Парень сразу же двигается, освобождая ещё немного места, и после заученным жестом обхватывает подругу за талию. Родители за другим концом стола понимающе-лукаво переглядываются. Правда, когда Мина таким же совершенно нормальным для них жестом начинает кормить Чонгука, предварительно выбирая с печёных овощей морковь, эти взгляды превращаются в недоуменные. — В детстве меня часто оставляли у маминых родителей, чтобы не мешала, вот и круг моего общения был исключительно из людей подобного возраста. Знаешь, с ними легко, на самом деле. У них уже есть некий опыт за спиной, и они готовы им делиться, предостерегать в чем-то, и это так здорово.

Парни пристыженно замолчали. Обычно они на советы родителей реагируют немного резко, да и некоторые из старших до сих пор не смогли принять то, что их дети не собираются идти по пути, который они сами выбрали для них, поэтому встречаются с ними только на подобных праздниках. А вот Мина, у которой никогда в жизни не было подобного, считает это хорошим и пытается слушать каждого.

— Я вдруг ощутил острую необходимость поблагодарить родителей, — Чимин тоскливо опёрся на Хосока, и тот кивнул.

— Думаю, все наши. Почти.

Сокджин светит мрачной улыбкой и медленно пьёт апельсиновый сок.

***

— Эй, мелкая.

Мина от неожиданности чуть не выпускает с рук коробку с дополнительными бокалами (Намджун и его «Нет, нельзя вино пить с того же бокала, где было шампанское!» всех порядком достал, но что поделать), но вовремя берёт себя в руки и с обычной невозмутимостью на лице оборачивается к Юнги…

…который легко щелкает её по носу.

— Со мной такое больше не проходит, особенно после сегодня, — он понижает голос и делает глаза-щелочки. Мина пафосно возводит глаза в потолок, одной рукой придерживая коробку, а другую драматично держа на лбу.

— И как я могла забыть о твоём уровне проницательности, ах, как я могла забыть?

Мин смеётся и легко отнимает у ведьмочки тяжёлую коробку, любуясь зелёными омутами глаз.

Она же даже не замечает, что Чонгука своим поведением сегодня с ума свела.

— Мы идиоты, да?

Она фырчит, как кошка, и в голову Юнги всего на мгновение приходит мысль: а что, если она действительно кошка? Одна из тех беглых, рыжих, побитых жизнью, которая почему-то умеет превращаться в человека?

— Я не врала. Слушай, мне правда не нравится мой день рождения, — Шуга облегченно вздыхает. — Но вы могли хотя бы спросить. Чисто из вежливости.

Она смотрит ласково и укоряюще одновременно. Рэпер смотрит на эту заботу под слоем сомнения в изумрудных глазах и невпопад отвечает:

— А у тебя… ты… Ты красивая сегодня.

Окей, Чонгук его убьёт и будет прав.

Но Мина на это только улыбается и всё же снова забирает коробку с бокалами, легко раскачивая при этом огненные кудри.

— Я действительно не считаю это праздником. Пожалуйста, парни, не запаривайте себе этим мозги, да и родителям ничего об этом не нужно говорить.

Юнги сейчас думает, что им необыкновенно повезло.

***

— Сынок, я не хочу лезть в твою жизнь, — мама нервно теребила ручки сумки, ожидая такси, — но ты добейся её.

Сзади нервно хрюкнул Хосок.

— Серьёзно, сын, — отец положил руку ему на плече и доверительно посмотрел в глаза, — где ты ещё найдешь девушку, которая будет тебе морковь выбирать?

Сбоку закашлялся Сокджин. Юнги закрыл рты меньшеньким, сам смеясь в плече. Остальные родители честно делали вид, что ничего не видят. Да и не слышат. И вообще, какая ночь хорошая, звёздочки видно.

— Да и она к тебе неравнодушна, дорогой, даже если сама этого не понимает.

— Нет, мама. Это просто Мина… такая, — Чонгук весело улыбается, вспоминая множество хороших моментов. — Да и нам пока так неплохо. Если она захочет…

— И почему я вырастил сына таким джентльменом?

— Ты должен был сказать, что гордишься благородством нашего сына!

— Да какое тут благородство! Дурость!