Огненные зори

Первое свободное повстанческое утро! Первые шаги к свободе!

В день начала восстания солнце застало Васила Коларова и Георгия Димитрова на пути к небольшой станции Боровцы. Все вокруг словно изменилось в этот день — земля, небо, люди. Путники переночевали в маленьком селе. Но какой же это сон, когда всю ночь напролет лихорадочно ждешь рассвета, торопишься выехать в занятый повстанцами город, где уже управляют рабочие и крестьяне и где свободно развевается красное знамя! По пути из Софии им пришлось пробиваться через многочисленные вражеские засады. Теперь опасность осталась позади. Здесь граница освобожденной Болгарии. Им хотелось наверстать потерянное время и поскорее попасть в центр восстания. Но в эти ранние часы поезда не было, и чиновник на станции беспомощно пожимал плечами:

— А может, целый день не будет.

— Понимаем, — кивнул Георгий Димитров, — восстание ведь, оно отменяет все прежние расписания и создает новые. Но все же…

— Если не возражаете… — Дежурный предложил им дрезину, стоявшую на втором, заросшем травой пути.

Димитров и Коларов обрадовались такой возможности. Ведь их тревожили думы о том, что где-то ведутся бои, а они, руководители, сидят и ждут поезда на глухом полустанке. И неизвестно, сколько придется ждать. Они обрадовались предложению дежурного. Им хотелось поскорее добраться до места, встретиться с повстанцами. Сколько лет они мечтали о такой встрече! Димитров и Коларов понимали, как важно быстрее прибыть в центр восстания и взять руководство в свои руки. Они еще не знали, что события заставили перенести центр из Врацы в Фердинанд. Едва они приблизились к дрезине, как с пригорка послышались шум голосов и топот ног. Все схватились за оружие. Но в этот момент из молодого соснового леска с веселым гомоном вышел повстанческий отряд. Его вел командир — стройный, смуглолицый, с развевающимися волосами и сияющими синими глазами. На поясе у него висели гранаты и два пистолета, на плече — винтовка. Георгий Димитров узнал его издалека. Их окружили повстанцы, простые крестьяне, потянувшиеся за командиром прямо с полей, прихватив кто ружье, кто кирку, кто топор. Люди здоровались с Димитровым и Коларовым, стараясь опередить друг друга, и двое руководителей почувствовали небывалый прилив энергии. Первый отряд! Волнующая встреча. Им впервые пришлось не выступать с речами, а только смотреть и слушать. В памяти вождей навсегда остался изрытый склон, по которому вместе с встающим из-за молодого леска солнцем, похожим на ребенка, забравшегося на верхушку дерева, словно из мрака рабства, вырвался на волю пенистый людской поток.