В глубинах тьмы

— Ну и что дальше? — поинтересовалась Селеста Морн, когда мы осмотрели весь мавзолей и, конечно же, не нашли ничего интересного — лишь мусор, набросанный несколькими поколениями грабителей могил.

— Я это предвидел, — спокойно ответил я. — Разумеется, эта гробница просто обязана была быть давно вскрытой нашими предшественниками. Но у меня другая идея…

— Какая?! — жадно прислушиваясь, выпалила Шара.

— Сорзус Син сама при жизни разграбила немало гробниц древних для ее времени правителей. А при ее уме она обязана была ожидать, что кто-то так же поступит и с ее собственным захоронением. Поэтому она приняла меры: спрятала самое интересное в какой-то тайник, который заурядным расхитителям не обнаружить.

— А «незаурядный расхититель» — это, конечно, ты? — уточнила Селеста.

— Верно. И я полагаю, что тайник она спрятала так, чтобы его мог найти только кто-то очень умный.

— И это — снова ты?

— Надеюсь, что да. Ведь Сила вместе с мощью битского мозга представляет собой интеллектуальный инструмент, который может взломать почти любую тайну, — похвастал я.

— Ну давай, взламывай, — с большим сомнением пробормотала Селеста.

Я молча сел в позу для медитации и «отключился» от чувств, впав в некое подобие транса, так чтобы слышать только Силу. Сперва позволил ее мелодиям и звукам пройти сквозь мой мозг насквозь, напитать каждый его нейрон, увеличить его вычислительную мощь и одновременно перевести восприятие самой Силы вокруг в строгие математические рамки, а затем…

Гробница Сорзус Син, моя команда и я сам превратились в набор трехмерных геометрических фигур, каждая из которых оказалась связана с остальными прямыми линиями и плоскими полосами. Эти линии и полосы непрестанно двигались, меняя направление связи, переходя с одних фигур на другие, сами фигуры тоже время от времени меняли свою форму. Некоторые линии и полосы уходили за пределы мавзолея, но их я отсек сразу — сейчас меня интересовала только та часть Вселенной, что связана с гробницей леди-ситха. Затем я стремительно скользнул мыслью по нашим связям с самой гробницей, быстро убрал из расчетов самые простые из них, и сосредоточился на тех, что казались спутанным клубком: рассчитал и выделил ложные связи, распутал истинные, проследил их путь и…

Большой многогранник, которым в моем видении выглядел мавзолей, неожиданно распался на множество связанных друг с другом меньших многогранников. Тут пришлось потратить времени побольше: рассчитать их связи друг с другом и циклы изменений этих связей, понять и осознать структуру возникшего таким образом «механизма». Но как только я завершил работу, нечто вроде Силовой схемы всего захоронения тут же записалось у меня в голове и управление ею показалось крайне простым. Мысленно «схватив» несколько линий, я оторвал их кончики от тех точек, к которым они присоединялись, и вместо этого соединил с другими многогранниками. В то же мгновение, как «детали» заняли новые места, «механизм» заработал.