История Египта c древнейших времен до персидского завоевания

Простейшая из мастаб не имеет внутри никаких помещений, и только в наружной стене, с восточной стороны, находится глухая дверь, через которую умерший, обитавший на западе, другими словами позади этой двери, мог явиться вновь в мире живых. Глухая дверь постепенно превратилась в нечто вроде молельни внутри мастабы, после чего она сама заняла место на западной стене, внутри молельни. Стены этой последней были покрыты рельефами, высеченными сценами, на которых были изображены слуги и рабы умершего за их повседневными работами в его поместье. Они пахали, сеяли и жали, они пасли скот и закалывали его для стола, они высекали каменные сосуды и строили нильские лодки – одним словом, они были изображены за работой в поле и мастерских, изготовляющими все вещи, нужные для благоденствия их господина в потустороннем мире. Тут и там виднелась его колоссальная фигура, надзиравшая и осматривавшая их работу, подобно тому как он это делал до того, как «отбыл на запад». Из этих сцен и черпаем мы наши сведения относительно жизни и обычаев того времени. На значительной глубине под массивной мастабой в живой скале находился склеп, куда вела шахта, спускавшаяся сквозь толщу верхнего каменного строения. В день погребения над телом, к тому времени надлежащим образом набальзамированным, совершались сложные обряды, воспроизводившие события из жизни Осириса. В особенности было необходимо открыть посредством могущественных заклинаний рот и уши умершего, чтобы он мог говорить и слышать в потустороннем мире. После того мумия, опущенная вниз через шахту, укладывалась, как и в древние времена, на левом боку в чудный четырехугольный гроб, в свою очередь заключенный в массивный саркофаг из гранита или известняка. Рядом с ним ставились сосуды с едой и питьем, а также туалетные принадлежности, магический жезл и ряд амулетов для защиты от врагов мертвых, в особенности – змей. Число заклинаний против змей, способных обезвредить этих врагов, в текстах пирамид весьма значительно. Затем глубокая шахта, ведшая к склепу, заполнялась доверху песком и гравием, и друзья умершего удалялись, оставляя его вести описанную выше загробную жизнь.

Но обязанности их в отношении к умершему другу этим еще не исчерпывались. Они замуровывали статую умершего в узком покое рядом с молельней, которую местные жители называют «сердабом», причем иногда оставляли между обоими помещениями несколько узких сквозных каналов. Благодаря тому что статуя представляла собою точную копию с тела умершего, его Ка могло соединяться с нею и пользоваться через сквозные каналы едой и питьем, которые ставились для умершего в молельне. Приношения умершему, первоначально состоявшие только из небольшого хлебца в чашке, которая ставилась его сыном, женой или братом на тростниковой циновке у гробницы, стали настолько же обильными, как и ежедневная пища, потреблявшаяся владельцем гробницы до того, какой покинул свой земной дом. Это дело любви, а иногда и страха было передано в руки большого персонала, заботившегося о поддержании гробницы и включавшего жрецов, совершавших в ней постоянно должные обряды. С этими лицами заключались очень своеобразные контракты, посредством которых их служба обеспечивалась строго определенными доходами с угодий, юридически установленными и закрепленными самим вельможей в предвидении смерти. Гробница Некура, сына царя IV династии – Хефрена (Хафра), была обеспечена доходами с двенадцати городов. Дворцовый управитель эпохи Усеркафа назначил восемь жрецов для обслуживания своей гробницы, а номарх Верхнего Египта пожертвовал своей усыпальнице доходы с одиннадцати деревень и селений. Доход жреца при одной такой гробнице был настолько велик, что он мог одарить подобным же образом гробницу своей дочери. Обеспечение гробницы и служба при ней должны были иметь постоянный характер, но уже спустя несколько поколений становилось непосильным нести бремя накопившихся обязательств, и предками, жившими сто лет назад, стали неизбежно пренебрегать ради поддержания гробниц тех лиц, чьи притязания были новее и сильнее. Или же, как в храмах, жертвы предлагались сначала богам, а затем шли на поддержание храмового персонала, так и тут любимый вельможа царя мог быть награжден тем, что на его гробницу переносилась часть богатых доходов, уже приписанных к усыпальнице какого-либо царского предка или другого родственника царского дома. Для царя стало настолько обычным помогать таким способом своим любимым князьям и вельможам, что мы часто находим заупокойную молитву с таким началом: «Приношение, даруемое царем», и, пока число лиц, гробницы которых поддерживались таким образом, ограничивалось знатью и чиновниками, окружавшими царя, подобные щедроты к умершему были вполне возможны. Но когда в позднейшие времена заупокойные обряды знати распространились среди простолюдинов, эти последние стали повторять ту же молитву, хотя царская щедрость, естественно, не могла простираться так далеко. Как бы то ни было, эта молитва есть самая распространенная формула, какая только встречается на египетских памятниках; она высекалась тысячи тысяч раз на надгробных плитах тех людей, которые не могли рассчитывать на такое царское отличие, и в одной и той же гробнице она повторяется всегда снова и снова. Также помогал царь своим фаворитам и при постройке их гробниц, и вельможа часто заявляет с гордостью, что царь подарил ему глухую дверь или саркофаг или же отрядил партию дворцовых мастеров помогать при постройке его гробницы.