Медоед в Яблополе

– Урожая двадцатого века? – уточнил киборг. Знает вкусы хозяина.

– Да, конечно.

Киборг ушел, а Абуталип, прищурясь, поглядел на цепь горных вершин на юге. Затем на старинную телевышку у их подножий.

Время меняется быстро. Он родился в 2010 году и помнил старые времена, до Всемирной Вспышки. А еще помнил, сколько усилий приложил отец, чтобы захватить власть в корпорации, а затем распространить влияние на весь город. И удержать мегаполис от хаоса и разрушения.

Знали бы радетели за неимущих, чего это ему стоило. Но нет, горстка отщепенцев, называющих себя Движением Нового Сопротивления, пытались подорвать мощь корпорации и захватить власть в городе.

Абуталип поджал тонкие губы. Черный костюм с желтым орнаментом по всей длине, символика клана, сливались на нем с предрассветными сумерками. Стройный, моложавый, похожий на лезвие ножа, Абуталип старался во всем следовать заветам отца. И сегодняшняя встреча с главами других кланов должна подтвердить его превосходство.

– А я тоже хочу бургундское двадцатого века, – сказал звонкий голос позади. – Чтобы почтить память безвременно покинувшего нас дяди.

Вместе с Андроником на стылый балкон вышел младший брат, Азам Аткинс, по кличке «Егоза». Высокий, сильный, веселый, одет, как всегда, в эксцентричном стиле. Его костюм в виде шкуры барса напоминал звериные шкуры варваров времен античности. Пятьдесят пять лет, а все никак не успокоится.

Абуталип стукнулся кулаками с братом и предупредил:

– Можно, но только один бокал. Сегодня все должно пройти гладко, – и, подняв голову, посмотрел, как на крышу здания прилетели два аэромобиля с синими клювами на борту. – Вот и Калоби пожаловали.

Сквозь стеклянную крышу он видел, как из аэромобилей вывезли дряхлого Петера Жуманорта Калоби. В свои сто пятьдесят он уже не держался на ногах, несмотря на почти полностью замененные части тела. Патриарха сопровождал целый выводок потомков: пятеро сыновей, две дочери и семеро внуков. И еще три тайных советника.

Вслед за Калоби подлетели машины других кланов, поменьше. Абуталип вошел в зал, оставив брата допивать вино на балконе.

Встреча началась в оговоренное время, минута в минуту. За столом собрались занятые люди, потеря нескольких секунд для них непозволительная роскошь.

Открыл собрание Абуталип, как глава клана, по инициативе которого все, собственно, и приехали.

– Нам давно надо решить несколько вопросов, – сказал он. – И первый из них – это энергетический баланс.

Оглядел непроницаемые лица владельцев корпораций. Никто не проронил ни слова. Надо же, как будто два года назад и не было беспощадной войны за передел сфер влияния.

– Мы готовы снизить тарифы на электроэнергию и цветные металлы на два с половиной процента, – сказал Абуталип.

Все опять промолчали, но глава «Неистового спрута» почувствовал, как по жилам собравшихся пробежал ток нервного возбуждения. Недавняя война началась как раз из-за отказа отца снизить тарифы хотя бы на полтора процента.

– Взамен мы хотим получить беспрепятственный доступ к Большому каналу на севере и двадцать пять процентов акций водохранилища в Блестящем каньоне.