Посторонним В, или Земля закрыта для посещений [СИ litres]

Хотя… возможно мне просто не встретился «тот самый». Мужчина, что смотрел бы только на меня не потому, что захватила его барсетку с кредитками. Отдавал все свое сердце, не имея в виду телячье мясо для приготовления деликатесного ужина. Понимал, как я необходима, не из-за того, что требовались деньги и только я могла одолжить их, а то и вовсе – снабдить на безвозмездной основе.

Эх… Вспомнились спутницы с их скандрами… Не знаю почему, но верилось, что эти женщины остаются с любимыми не ради детей, крыши над головой или мужчины в доме. Способного забить гвозди в стену, чтобы повесить картину и поменять прокладку у крана. Пусть даже цветущий луг на пейзаже странным образом напоминает зеленую диагональ, расчерченную нетрезвой рукой архитектора, а кран плюется, словно пытается выразить насколько же презирает хозяев… Да и разлучить сладкие парочки не удалось даже земляной яме, как бы та ни расширялась.

В глазах зейлендок с Перекрестья я не видела вселенскую тоску и невыплаканные слезы, глаза спутниц лучились счастьем… Простым, женским, и таким прекрасным. Когда думаешь не о том, что на тебе джинсы от Версаче, в руке сумочка от Гуччи, а за спиной – шлейф духов от Шанель… Все мысли лишь о том, что на тебе взгляд мужчины, для которого ты – самое прекрасное и восхитительное существо на свете…

И даже если на тебе домашняя футболка от бездомкутюр, в руке целлофановый пакет от мусорного ведра и пахнешь ты каким-нибудь кометом.

Впрочем, если верить женщинам скандров, домашней работой их не загружали, часть делали мужья, а часть – обслуга Академий. И уж если даже Ольга с Гульнарой хвалили кулинарные способности своих варваров… Видимо, эти ребята, и впрямь, умели абсолютно все. И это «абсолютно все» делали также легко и небрежно, как отбивали булыжники с молниями, что влетали в окна местного вуза…