Мир грёз и кошмаров (СИ)

Каждая из «ведающих сестёр» уникальна: моя мать, Ветрена — Всезнающая, ей ведомо полотно судьбы и ключевые нити судеб; Альда — Всевидящая, видит сокрытое и потаённое, в том числе и помыслы, истинные причины и намерения; Сууд — Воздающая и Карающая, она знает кому воздать и кого покарать, иными словами, она способна оценить чистоту души. Считается, что смысл их существования в том, чтобы соблюдать некий баланс — они, исходя из каких-то там нужд мира, подтасовывают некоторые события, известные лишь им одним, при этом совершенно не руководствуясь понятиями добра и зла. Если рассматривать их сквозь призму мировоззрения прочих существ, то можно сказать, что сестры беспринципны и, временами, аморальны и жестоки, но, в каком-то смысле, справедливы — сделки, заключенные с ними, ведьмы никогда и сами не нарушают, и нарушителей не упускают.

Кстати, сделки они очень любят, только вот оплату берут далеко не деньгами — оплатой могут послужить части тела, клятвы и дети. В мире существует множество алтарей, именуемых «ведьмиными камнями», где и сделки заключаются, и оплата воздается, и молитвы возносятся, нередко и жертвоприношением. Разумеется, есть и кучка ярых поклонников «творчества» сестёр, бывали случаи образования сект.

Вообще, ведьмы — странные и непонятные существа. И одна из них была моей матерью, что, несмотря на невозможность рождения полукровок, отразилось на мне: белоснежные волосы, тогда как у отца они темно-красные, а так же проблемы с родовой магией, что не подчинялась и не позволяла даже камин разжечь. Из-за невозможности выплескивать магию, а если точнее, от её переизбытка, я с детства обладал ужаснейшим нравом. Хотя, отчасти, это могло быть связано с тем, что я рос без родительской любви: отец был вечно занят делами Герцогства, тогда как мачехе было дело лишь до брата с сестрой. Скорее всего, скучать по мне родственники не станут.

И теперь я оказался в Топях. Перед тем, как оставить меня наедине со своими мыслями, мать рассказала мне вкратце о моих обязанностях.

Поскольку ведьмы не могут покидать Топи чтобы самостоятельно собирать плату и разбираться с теми, кто нарушил договор, это делает наемница. Вот эту наемницу я и должен буду сопровождать с неизвестной мне целью, ведь охраны, как таковой, ей, скорее всего, не требуется — работает девушка уже давно, при этом до сих пор, по видимому, жива.

Решив не строить догадки, я провалился в беспокойный сон, где снова видел ту человечку. За её спиной было множество девушек, чьи лица были смазаны. На их телах разной степени обнаженности были видны синяки и кровоподтёки. Они молча стояли и с болью во влажных глазах смотрели на меня.

Казалось, в этом кошмарном сне я провел многие годы: сначала я боялся и долго пытался убежать от этого зрелища, что вызывало во мне странные и неприятные чувства, затем, осознав, что, сколько бы я не рвался, расстояние между нами оставалось прежним, я пытался поговорить с ними, но они оставались безмолвными. Безмолвными свидетелями моих грехов, ошибок, слабостей, преступлений. Времени, проведенного там, было достаточно, чтобы всё обдумать. Я по кусочкам разобрал, перебрал и снова собрал свою жизнь и свои взгляды на неё, а затем, осознав то, что ранее было мне неведомо, я до бесконечности просил у своих жертв прощения, надеясь, что когда-нибудь стану достойным прощения.