Щелкунчик и четыре королевства

Мало-помалу она перетаскивала свои собственные поделки из дядюшкиной мастерской в Королевство, дабы улучшить и украсить его.

Поскольку время там шло по-другому, девочка обнаружила, что может заниматься любимым делом – мастерить и конструировать – в золотом солнечном свете, струящемся из дворцовых окон, не тревожась, что отнимает слишком много времени от классных занятий.

Хитрый план работал отлично – вплоть до того дня, когда Мари, проработав над усовершенствованием Королевства целые сутки, вернулась в свой мир – и обнаружила, что там всё ещё раннее утро и уроков никто не отменял. Выслушав суровую отповедь гувернантки по поводу того, что она-де зевает и клюёт носом над книгами, Мари твёрдо решила, что, если она хочет и дальше проводить в Королевстве столько времени за работой, ей необходимо обустроить там удобную спаленку.

– Ты уверена, что господин Дроссельмейер действительно желает переставить этот предмет мебели сюда? – недоумённо переспрашивали слуги у Мари, помогая ей перетаскивать на багажной тележке гостевую кровать в дальний конец коридора, вымощенного пёстрой плиткой.

– Да, – серьёзно кивала Мари. – Это крайне важно для успеха его эксперимента.

Слуги озадаченно переглядывались, но оспорить волю Дроссельмейера никто не решался.

Мари оглядела кровать, застланную самым обыкновенным покрывалом, с одной-единственной подушкой.

– А ещё господин Дроссельмейер сказал, что подушек нам понадобится несколько штук.

Очень скоро Мари обустроила для себя во дворце уютную маленькую спаленку.

На это ушло немало сил и времени: сперва понадобилось снабдить багажную тележку самодельным мотором, чтобы в одиночку перевезти кровать через лес, а потом пришлось изобретать грузоподъёмник, чтобы втащить кровать на верхний этаж дворцовой башни. Но дело того стоило.

Смотрелась спаленка просто чудесно: прелестный полог, мягкое покрывало.

А подушки, «позаимствованные» из усадьбы, придавали комнатке прямо-таки королевский вид. Мари даже завесила окошки розовыми шторами и расписала стены цветами – на манер акварельных обоев.

– Лучшего и желать нельзя, – радостно объявила девочка кукле, любуясь трудами своих рук. – Вот теперь я смогу проводить здесь сколько угодно времени. Целые дни или даже недели. А может, и больше. – Мари обвела глазами уютную мирную комнатку, а затем выглянула в окно, откуда открывался великолепный вид на всё Королевство.

– Жаль, дядюшка этого не видит, – промолвила она не без грусти. – Интересно, что он сейчас поделывает – там, в реальном мире...

В это самое мгновение Мари краем глаза заметила нечто такое, что заставило её медленно обернуться – а в груди всколыхнулось странное чувство.

– Сахарная Слива... а это ещё что?

На стене спальни, в том самом месте, где девочка изобразила букетик цветов, обозначились еле заметные очертания дверного проёма.

Его на мгновение высветили золотые лучи послеполуденного солнца, струящиеся сквозь башенное окно, – в противном случае проём остался бы незамеченным.