Will. Чему может научить нас простой парень, ставший самым высокооплачиваемым актером Голливуда

Первые месяцы в старших классах были нелегкими, но я больше уж точно не был никем. Сила моих слов, которая чуть не уничтожила меня, теперь помогала реализовывать мечты.

К середине учебного года хип-хоп уже начал набирать популярность в Филли. Теперь у каждого был свой кузен Пол — знакомый из Нью-Йорка, который мог достать микстейпы. Успех песни Rapper’s Delight группы Sugarhill Gang начал протаптывать хип-хопу дорожку в мейнстрим. Она играла повсюду.

Школьные коридоры превратились в поле для музыкальных баталий. Хип-хоп не показывали по телевизору и не крутили по радио, но в школе Овербрук все читали рэп. Уже восемь месяцев я тайком писал тексты каждый день без передышки. Множество страниц были исписаны разными идеями, панчлайнами и историями. Я начал потихоньку заучивать их, чтобы быть готовым начать читать в любой момент. Я присоединялся к группкам рэпующих ребят и медленно зарабатывал репутацию неплохого рэпера.

Все как раз помешались на фристайле. Кто-нибудь начинал битбоксить — издавать губами и голосом звуки, похожие на барабанный ритм — а рэпер на ходу импровизировал о том, что видел: о чьих-нибудь прикольных ботах, о двойке по математике, о симпатичной девчонке — обо всем подряд.

Это всегда давалось мне лучше всего. Я и так по жизни шутил. Оставалось начать шутить в рифму, чтобы все протащились.

Лучшим битбоксером в школе был Клэренс Холмс — все звали его Клейт. Он не только издавал лучшие басы, но и изображал настоящие брейкбиты. Вдобавок ко всему, Клейт был мастером звуковых эффектов — он мог выдать такую натуральную трель, что люди начинали высматривать птицу. Под битбокс Клейта мои рифмы звучали намного лучше. Я находил его после уроков, подгребал и привычно здоровался:

— Здоров, Си, готов жечь?