Я не твоя собственность (ЛП)

— Ты не испытываешь никаких чувств к своим жертвам. Даже крошечной вины.

— Будь уверена, лисенок, если даже кто-то и погиб от моих рук, честно заслужил это. Я не вламываюсь в двери обывателей. В моем мире прекрасно понимают существующие правила игры, когда решают вступить в него.

— Почему ты оказался в этом мире?

— Потому что я понял, что это самый быстрый способ получить все, что хотел, и был слишком яростным по сравнению с другими.

— А тебе не приходило в голову делать что-то законное?

— У меня законный бизнес и ты сидишь здесь сейчас.

— Стоит ли это того, чтобы охранять себя днем и ночью?

— Я не задумываюсь об этом. У тебя зеленовато-золотистые глаза, у меня телохранители.

Он слегка пожимает плечами.

— Ты когда-нибудь отойдешь от этого? — я непроизвольно задерживаю дыхание, ожидая его ответа.

— Шансы, что меня застрелят выше, нежели шанс, что я смогу оставить это.

Я открываю рот в немом крике.

— Значит, ты не отойдешь?

— Если я умру в канаве так тому и быть, но я не буду жить, как крыса, в этой канаве.

— Ты хочешь сказать, что моя жизнь напоминает жизнь крысы в сточной канаве?

Он улыбается одним уголком губ.

— Мой выбор был немного более... резким и суровым, чем у тебя.

— А как же люди, которые тебя любят? Они же волнуются за тебя постоянно?

Его глаза мерцают.

— Нет ни одного человека на этой земле, кто бы волновался обо мне, буду ли я жив или умру, и мне нравится так жить.

Я открываю рот, чтобы ответить на такое эпическое заявление, и к моему изумлению замечаю открывающееся крохотное двух-дюймовое отверстие, появляющееся на скатерти у моей тарелке. Я моргаю в изумлении. Черт возьми, сколько шампанского я уже выпила? Из этого крошечного отверстия появляется шеф-повар размером с Дюймовочку, который кланяется мне, словно собираясь начать представление. Если не брать во внимание его размер, то он вполне реалистичен.

Боже мой! Я уже напилась? Или у меня начались галлюцинации, может я схожу с ума?

— Какого черта? — восклицаю я.

Маленький повар открывает свою сумку. Я протягиваю руку и пытаюсь прикоснуться к нему, но ловлю только воздух. Шеф-повар продолжает свое представление, открывает сумку и достает крошечную рыбацкую сеть.

Я поднимаю глаза на Зейна.

— Что происходит?

Он ухмыляется, как пацан, и наша серьезная беседа уходит на второй план, словно мы попали в другой век.

— Это голограмма, — он указывает на потолок, и я поднимаю глаза вверх. Два проектора вмонтированы над столом. — Это называется 3D-проекция. Le Petit Chef готовит для тебя ужин.

Голограмма! Так вот о какой новомодной вещи говорила Молли. Иллюзия настолько реальна, что мне хочется дотронуться до этого цифрового шеф-повара и пощупать его своими пальцами. Полностью в восторге от такой технологии, я смотрю на крошечного шеф-повара, который берет электрическую пилу и вырезает отверстие в скатерти и ловит креветки, плавающие в воде. Наловив, он бросает гигантских извивающихся креветок на скатерть, они реально живые, дергаются и изворачиваются.

Тогда маленький шеф-повар где-то под моей тарелкой начинает поворачивать какой-то рычаг, тарелка начинает скользить по поверхности стола. В середине стола поднимается металлическая чаша.

С трудом, как делают в комиксах, он тащит креветку к ложке, кладет ее, и умело перекидывает в металлическую посуду. Он снова берется за свою бензопилу и срубает красный перец чили с дерева чили. Чертыхаясь и матерясь себе под нос, как настоящий шеф-повар, он достает другие ингредиенты из скатерти и катапультой отправляет их в металлическую чашу.

Затем он достает бутылку с вином и начинает лить на креветки, словно поливает из шланга, дугой. Бормоча себе что-то под нос, он поджигает петарду и бросает ее на креветки. Креветки начинают потрескивать, он падает на спину, искры от петарды падают на его одежду, он вскакивает и бежит, хлопая себя руками в дыру, из которой появился.

Я так смеюсь, пребывая в полном восторге от шоу. Как по мановению волшебной палочки, подходит официантка с горящими креветками. Блюдо выглядит в точности также, как его делал маленький забавный повар.

— Как я буду это есть? — спрашиваю я, глядя на чудесное творение.

— Когда пламя погаснет, можешь есть руками.

Я следую его примеру, снимая шкурку и вгрызаюсь в сочную плоть. Это очень вкусно, они такие сочные, мне приходится постоянно облизывать пальцы. Ну, хорошо, хорошо, я признаю, что немного перестаралась, поскольку постоянно ловлю на себе его взгляд, выжидательный, загадочный, полный похоти каждый раз, когда я облизываю свои пальцы. Это маленькая месть за то, что он проделал со мной на заднем сидении автомобиля.

Когда я съедаю последнюю креветку и слизываю капли сока, вдруг мысль о мести больше уже не кажется такой уж сладкой.