Бераника. Медвежье счастье

Все свои «изобретения» мне еще пришлось как-то детям объяснять. Это Шон просто смотрит в рот и принимает все на веру. Старших уже легко не проведешь.

Теперь они уверены, что я училась не просто в высшем пансионе самых знатных леди, а в какой-то магической супершколе, где неизвестно зачем маленьких девочек учат выживать на Луне. Как минимум.

А что им еще думать? Вот, например: посуды в доме не нашлось, и горшки я сама соорудила — это просто. Плоская лепеха глины — это дно, а потом приплюснутым жгутом по кругу наращиваем высоту и приглаживаем мокрой ладонью. В войну научилась, когда с геологами в тайге медь искали, а экспедицию собирали наспех, еще только-только реки вскрылись, и котлы с ведрами унесло паводком с перевернувшейся лодкой вместе. Хорошо, не утоп никто…

Ложек на заимке тоже не водилось, но тут уж совсем легко: дно речушки, вытекающей из соседнего болота, было густо утыкано пресноводными мидиями. Их мы сварили и съели, а половинки раковинок крепко заклинили в расщепленных палочках — вот и ложка, не хуже любой другой!

Конечно, посуду можно было выменять в селе, невелика ценность. Но если я могу сама сделать замену — сделаю. А на рынке выменяю зерна, сала и других нужных вещей — на зиму запасы сами себя не сделают.

Как ни странно, детей этот робинзонский быт не отпугивал, а забавлял. Да и попробуй покапризничай, когда мачеха — злодейка, а аппетит на свежем воздухе такой, что как бы кашу вместе с миской не слопали.

— Итак, кто из вас сейчас правильно определит, какие травки я положила в кашу, какие в похлебку, а какие в чай, получит приз! — главное, не давать детям скучать. Ну и научить попутно нужным вещам.

Кристис торопливо выхлебала суп из своей миски, на секунду зависла, а потом радостно захлопала в ладоши:

— А я знаю, а я знаю, что здесь! Остренько, как с перцем! Это почки от васильков, чабер и розмарин! Ты утром говорила, что в со-че-тании… они заменяют острую приправу!

— Умница. Теперь кашу ешь, — похвалила я. — Вечером, после того как сделаем массаж рук, сошью тебе куклу.

— Ой! Настоящую?! Вот только… Массаж… — скривилась Крис, а Эми повторила ее гримаску. — Это больно… и скучно.

— Если ты хочешь остаться настоящей леди, то за руками надо ухаживать каждый день.

— А зачем ты жестким полотенцем ногти трешь? Как будто от этого они чище!

— Не чище, а лучше. Если отодвигать кожицу с ногтей каждый день, то, когда вырастете, они будут красивой овальной формы.

— Правда? — удивилась Эми и посмотрела на свои ноготки, из-под которых я каждый вечер заставляла аккуратно вычищать грязь.

— Правда. Доедайте, нам еще сегодня бортики для картошки перестраивать.

Ответом был уже привычный дружный стон.

А что делать? Одна я не справлюсь. И так каждый день… то тюлень позвонит, то олень. В смысле, забот столько — не знаешь, за что первое хвататься.

Кстати, стихи Чуковского на ура пошли, и теперь дети распевали тюленя и оленя на самодельный развеселый мотив, помогая мне наплетать новый уровень бортиков к контейнерам с картошкой.