Лента в твоих волосах.

 - Ты очень ее любила, я понимаю.

- Мама была единственным родным мне человеком. Так прошел год, самый страшный год в моей жизни. Я не чувствовала ничего, молилась, помогала в лечебнице и боялась. Каждую ночь мне снились кошмары, о том, что придется навсегда покинуть родной дом. А потом появился Игорь… - княжна замолчала ненадолго, а затем продолжила. - Он всегда был одиночка, не здешний, чужестранец, как и я! Понимаешь? - Алиса покачала головой, вопросительно глядя на девушку, и спросила.

- Откуда он родом и как оказался в Киеве?

 - Он с севера, еще ребенком его привезли в город. Понимаешь, христианская вера пришла к нам давно. Путь для нее приходилось пробивать огнем и мечом. На севере было очень много племен язычников, которые долго не принимали новую веру и отказывались платить дань завоевателям. Отец рассказывал, что тогда были суровые времена, отвоевывая землю у неверных, он с армией порой выжигал целые деревни, которые не хотели сдаваться мирно.

- Но мы с Ярославом были в деревне язычников, когда ехали в Киев, - перебила ее Алиса.

- Если народ соглашается платить дань и принимать визиты наших священников, что несут христианскую веру, то чаще всего их не трогают, - пояснила Янка. - Игорь остался жив, после одного из таких сражений, его, как и других детей привезли в Киев. Говорят, ему было не более семи лет отроду, когда он потерял все и попал сюда.

- И что было дальше?

 - Я и раньше знала его, но в тот год, в год моего шестнадцатилетия, я как-то по-другому увидела его. Он был ранен в ногу, во время сражения. Агафья тогда не могла его выхаживать и Игоря принесли в лечебницу, - княжна улыбнулась, погружаясь в воспоминания. - Он толком не разговаривал со мной, только смотрел, с каким-то затравленным выражением лица. Чем больше сочувствия и внимания я уделяла ему, тем больше он закрывался. Возможно, я действительно повзрослела, и как девушка, а не ребенок, выбрала мужчину, который мне понравился. А может просто боялась не изведать любви, стремилась познать ее, прежде чем меня отдадут замуж. Хотелось хоть раз в жизни сделать так, как велит мне сердце. - Княжна замолкла, и Алиса не стала торопить ее, переваривая то, что услышала. Янка вдруг подняла свои глаза, цвета осеннего неба, на девушку и прошептала: - Я никому никогда об этом не рассказывала. А сейчас, чувствую себя так, как будто камень с души снимаю, - продолжила, чуть громче, свой рассказ. - Я поняла, что думаю о нем постоянно. Впервые за год я плакала не от страха или боли, я плакала из-за него. Впервые один человек занимал все мои мысли. Мне перестали сниться кошмары, теперь в моих снах беспрестанно был Игорь! Когда он поправился, я искала повод, что бы встретиться с ним. Приходила на тренировки Ярослава, потому что знала, он будет там. Краснея и бледнея в его присутствии, я не знала что сказать, но все равно упрямо желала его видеть. А потом Игорь увидел меня плачущую в часовне, он поднял меня с пола, сказав, что дочке Киевского князя не пристало плакать, тем более там, где это могут увидеть другие. Алиса, я как сейчас помню, как солнце, пробивающееся сквозь витражи, играло в его волосах, как я ловила взгляд этих зеленых глаз, глаз которые я ждала всю жизнь. Он чуть помедлил, будто колебался, а потом сказал, что есть более тихие места, где меня не смогут потревожить, например склад оружия, за кузницей. Я не бежала, я летела туда, мечтая лишь о том, что этот разговор мне не причудился, что я не придумала себе все это. Прождав там очень долго, я, наконец, дождалась. Игорь зашел и долго смотрел на меня, не отводя не на миг взгляда. Как я не силилась, не могла понять по его лицу, о чем он думает. А потом… Потом он просто подошел, прижал к себе и сказав лишь «Ты же этого добиваешься, маленькая княжна?», поцеловал. Щеки Янки залились краской, она посмотрела на Алису и сбивчиво затараторила: - Нет, нет, он только целовал меня, ты не думай! Игорь был очень добр ко мне. Оказывается, я тоже ему нравилась, но он считал меня еще ребенком и мое положение при дворе тяготили его. Он боролся со своими чувствами, как мог, но когда я начала искать его общества, то долго не выдержал. А потом было лучшее лето в моей жизни. Мы стали чаще видеться, подолгу разговаривали, я рассказывала ему все, делилась своими воспоминаниями, мыслями, мечтами. Впервые за долгое время я не чувствовала себя одинокой. Он называл меня Анной, на греческий манер, больше меня так почти никто и не называл. Он же, стал для меня самым лучшим мужчиной на свете. Вскоре я поняла, что все то, что я испытывала к нему до этого, было всего лишь влюбленностью, а теперь Игорь завоевал мою любовь. Княжна вновь замолчала, и Алиса в нетерпении воскликнула: