Суженая из другого мира

— С чего ты взял, будто они не свойственны тебе вовсе? Твою природу ломали едва ли не с пелёнок, но это не означает, что в тебе не было этого заложено. Пусть даже первый опыт оказался не слишком удачным. Но именно сейчас на свободу и вырвалась твоя истинная природа.

Дварр ничего не ответил, погрузившись в размышления. Так они стояли довольно долго.

— Ты правда думаешь, что мне это нужно? — нарушил-таки молчание Виз. — Я тридцать четыре года успешно обходился без подобных глупостей.

— А как же твоя собака? — Лонгаронель устремил на него испытующий взгляд.

Дварр отвёл взор:

— Это было давно.

— Но болью отзывается до сих пор, — рубанул истину вампир.

Виз снова ничего не ответил.

— Какой занятный эффект... — усмехнулся он спустя некоторое время.

— О чём ты?

— Защита, которую я поставил на Элвэ – через неё я чувствую фактически всё, что ощущает он.

— И что там? — полюбопытствовал Лонгаронель.

— Сложно сказать. Одно ясно – эльф старается вовсю.

— А она?

— Без понятия. Я только его чувствую. — Виз сдвинул брови, задумавшись: — Наверное, всё-таки зря я свалил это на Элвэ. У них с Дайнрис и так всё непросто.

— Ты-то откуда знаешь? — удивился Лонгаронель.

— Будто бы ты этого не видишь.

— Я вижу. Просто для меня новость, что ты подмечаешь тонкости взаимоотношений в парах.

— Сложно не заметить того, что бросается в глаза. Дайнрис не отталкивает Элвэ, но сама при этом не любит. Хотя всё же старается платить эльфу взаимностью.

— Откуда такая опытность в распознавании чужих чувств? Вроде бы у вас оные вовсе не в чести.

— Из наблюдений за другими парами. Арронорат и Линдэйл, Дэлвир и Илинор – у них действительно всё взаимно.

— И с чего тебе вдруг вздумалось наблюдать за ними?

— А я вообще наблюдательный, — язвительно улыбнулся Виз. — Да и потом в вашем обществе для меня практически всё в новинку – интересно же.

— Честно говоря, я очень слабо представляю себе ваше общество.

Дварр усмехнулся – как-то не слишком весело.

— Лонгаронель, скажи, какое всё-таки место ты занимаешь среди вампиров своего мира? Не стану скрывать, интересует меня это с точки зрения того, какой вес имеет твоё слово. Вряд ли твоё положение высоко – иначе тебя не послали бы на поиски пропавших.

— Меня никто не посылал, это была моя собственная инициатива. Один из потеряшек – брат моего ближайшего друга.

— Чего ж он не отправился сам?

— Не мог. Как раз в силу занимаемого им положения.

— Значит, по крайней мере, твой друг отнюдь не последний вампир среди ваших, — обрадовался дварр. — И кто же он?

Однако Лонгаронель вовсе не спешил раскрывать все карты:

— Виз, поверь, моё слово также имеет в Бордгире достаточный вес.

— В Бордгире? — переспросил тот.

— Да. Такое название носит государство вампиров на Альтеране.