Войны и битвы домонгольской Руси

В.Н. Татищев освещает ситуацию иначе: «Олег, князь черниговский, выйдя из Стародуба, пошел в Смоленск по обещанию данному, чтоб вместе с братом Давидом прийти на съезд. Но тогда Давида в Смоленске не было, был в Торопце, а смоленчане, ведая его коварства, не пустили во град. Он же пошел в Рязань и, недолго медля в оном, забыв обещание и клятву, данную Святополку, не хотел того исполнить, а кроме того умыслил зло» (82, 199). Вряд ли можно назвать «злом» возврат своей вотчины, захваченной силой оружия. Рассуждения насчет «коварства» князя оставим на совести Василия Никитича. Если воспринимать его свидетельство буквально, получается, что Олег хотел отнять Смоленск у брата Давыда. И только благодаря предусмотрительности горожан его хитрый план не осуществился. Рассказ Татищева перекликается с информацией Ермолинской летописи: «Ольга не приаша Смолняне, и иде к Мурому» (16, 26). Василий Никитич и летописец заблуждаются: в отличие от своих родственников, Олег никогда не покушался на чужой удел. И тем более на волость брата. В других летописях конкретно прописано, что в Смоленске Олег набирал войска для похода на Муром. Был в городе в это время Давыд или не был, неизвестно, на мой взгляд, без старшего брата собрать рать в Смоленске было нереально. Из Смоленска Олег направился в Муром, а не в Рязань, как пишет Татищев.