Липкие люди

В «нулевые» года для фонда наступило поистине золотое время. Подопечных – около 60 стариков. У организации появился сайт, где регулярно выставлялись свежие фотографии счастливых пенсионеров. Если старик или старушка могут хоть как-то передвигаться или демонстрировать своё мастерство, организована соответствующая страница с творчеством деятеля культуры и искусства. Лепота, да и только! Из-за этого складывается впечатление, мол, фонд не только продлевает физическое существование, но и творческую жизнь. Один этот факт выгодно выделял фонд среди других подобных организаций.

В разделе «новости» часто мелькали лица известных политиков, чиновников, деятелей культуры, которые что-то дарили фонду, кого-то навещали, с кем-то пересекались на мероприятиях. Опять же: зачем? Эдуард и Кира из кожи вон лезли, чтобы у их детища появился некий флёр избранности и незапятнанности. Мол посмотрите, люди добрые: нас и депутаты с чиновниками знают, нас и бизнесмены с церковными служителями ценят! Значит: сам фонд надёжный и нам стоит доверять.

Фонд стал чем-то вроде машины по генерации доверия. Мошенники отлично освоили манипуляцию на всех уровнях: пускали пыль в глаза сильным мира сего, а старикам давали возможность напоследок поделиться частичкой мастерства и порадовать преданных поклонников.

В результате такой «работы» пожертвования приходили со всей страны. Денежку переводили и нищие старики, и солидные предприятия. Ведь сам фонд, равно как и его руководители, стали мега-популярны. Здесь главную роль сыграло желание верить во что-то хорошее: люди хотят знать, что где-то рядом с ними по одной земле ходят «святые». И за эту свою веру они готовы содержать малознакомых личностей и организацию, которой эти «святые» управляют.

Фонд не попался ни на одной мошеннической схеме по выводу денег. Ведь он не для этого существовал! Цель фонда – не обналичить средства и не быть очередной прачечной, а приносить доход двум конкретным персонам: Кире и Эдуарду.

После шумихи с наследниками Вахтанга, пара буквально прописалась в телевизионных студиях. Ни одна передача о пожилых артистах не обходилась без их участия. За свой выход, пара заламывала пятизначный гонорар. Естественно, по безналу и под эгидой помощи пенсионерам. Им платили такие суммы. Ведь на благое дело как не дать?

Фонд можно сравнить со старинным домом в центре столицы. Снаружи он отреставрирован и производил впечатление крепкого и надёжного здания. Рядом – парковка для дорогих авто, из которых выходят благотворители и несут пожертвования. В каждом окне – по улыбающемуся пенсионеру. По коридору бегают сиделки: в одной руке у них таблетки, а в другой – диплом о медицинском образовании. Их цель: сделать жизнь каждого пожилого человека полноценной и счастливой. Но… если проверить коммуникации и перекрытия данного строения… В фонде всё сгнило и готово обвалиться в любую секунду!

Разложение системы всегда начинается с разложения руководства. Спусковым механизмом послужило то, что Кире и Эдику надоело строить из себя святош. Их до ужаса достали визиты к старикам. Им надоели пенсионеры с их рассказами об ушедшей славе. Им обрыдло каждый день отправлять открыточки и телеграммки. Они не выносили сам факт говорильни по телефону по душам. Всё делалось с изнасилованной улыбкой. Всё – через надутую самомнением, губу.