Страсть умеет лгать

— Что, даже не спросите? — эйчар пригубил чай.

— Нет, — сухо сказала я.

— Вы стали увереннее, это радует. Вот что с людьми делают деньги, даже если нет возможности ими воспользоваться. Не вспыхивайте, я в курсе вашей истории с наследством и похищением ребенка.

— Спасением, а не похищением.

— Его не спасти, Эль.

— Элина, — пресекла я фамильярность.

— Мишель, — предложил этот странный тип, и я пожала плечами. Совершенно без разницы, как он меня называет.

— Что значит не спасти? — я невольно бросила взгляд на планшет. Димка под руку с гувернером шли к небольшой карусели для малышей. Скорость у таких совсем небольшая, крепления прочные, а пластмассовые фигурки не имеют ни одного острого угла, чтобы малыши не поранились.

— Поговорим откровенно, Мишель, — предложил Артур и откинул челку. Я поняла, что этот жест начинает меня подбешивать, и отвела взгляд. — Сначала я думал, что проблема в вас. В этом и была моя ошибка. Но, изучив компьютерные выкладки, понял, что проблема не в вас, а в этом ребенке и в том, что вы решили заменить ему мать…

Я решительно встала.

— Простите, не желаю вас слушать. Вы не имеете никакого права соваться в нашу жизнь.

— Сядьте. Если вы хотите действительно спасти вашего племянника и даже вылечить, вам придется меня выслушать.

Я села и молча воззрилась на него. Все равно делать пока нечего, а от меня не убудет.

— Любой ваш шаг за пределы этого здания приведет к тому, что вы попадете в лапы полиции или к покровителям вашей сестры, что в данном случае одно и то же. Вас либо убьют, либо упекут за решетку за похищение ребенка и документов. Но еще хуже, что ваш племянник останется абсолютно беззащитным. Органы опеки отправят его в приют, потому что ваша бабушка покажет себя абсолютно неадекватной, кроме того, это больной человек, неспособный обеспечить полноценный уход маленькому инвалиду. Из приюта Дмитрий будет похищен, и больше его никто никогда не увидит. Это почти стопроцентно реальное будущее.

— Я уеду, нас никто не найдет.

— Далеко ли вы, находясь в розыске, уедете с больным ребенком? — ехидно спросил эйчар.

Я опустила голову в ладони, сжав виски. Почувствовала, как быстро пульсируют жилки, рождая волны мигрени… Этот странный тип с пестрыми глазами прав, жестоко и безнадежно прав. Мне не сбежать с Димкой, если меня объявили в розыск. И денег банк завтра не выдаст, зато передаст сведения обо мне, и сюда нагрянут с обыском.

— Если нас разыскивают, то найдут везде, — прошептала я.

— Здесь не найдут, уверяю. Здесь вы абсолютно защищены.

— Но не можем же мы сидеть здесь всю жизнь, пользуясь гостеприимством вашего управляющего! Даже если не получится с операцией, Диму надо показывать врачу, лечить, водить на массаж, обучать...

— Об операции забудьте. Если бы детский церебральный паралич можно было оперировать, тысячи детей обрели бы нормальную жизнь. Вас ввели в заблуждение недобросовестные люди.

— Нам сказали, что это псевдо-паралич, он излечим…