Избранные сочинения
- Автор: Филдинг Генри
- Год: 1989
- Язык: русский
- Переводчик: Владимир Александрович Харитонов
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Избранные сочинения». Краткое содержание книги:
Четыре духа — отец, мать и двое детей — поведали, как, намаявшись в нищете, все померли с голоду; а жили честно, работали не покладая рук, пока хозяин не слег от болезней. — Истинная правда, — вскричал стоявший тут же важный дух. — Я свидетель, ибо сии несчастные были на моем попечении. — Так вы, верно, приходской священник? — заметил Минос. — И что же, богатый был приход? — Да нет, крохотный, — ответил дух, — но у меня был еще один, получше. — Все ясно, — сказал Минос, — пусть пройдут эти несчастные. — Священник величавой поступью обошел их, но Минос твердой рукой вернул его на место, сказав при этом: — Не спешите, доктор, у вас еще есть дела на том свете, ибо в эти врата без милосердия нет ходу.
Следом выступила весьма представительная личность и, отрекомендовавшись патриотом, стала в напыщенных выражениях славить гражданские добродетели и свободы своей отчизны. Преисполнившись к патриоту величайшим уважением, Минос велел открыть врата. Не удовлетворившись этим признанием, патриот добавил, что в должности министра он вел себя так же безупречно, как прежде в оппозиции, и хотя пришлось считаться с порядками при дворе, он не забыл старых друзей и, кого мог, устроил при себе[37]. — Повремените, господин патриот, — сказал Минос. — По зрелом размышлении, я заключаю, что вашей стране будет чувствительно недоставать столь добродетельного и высокоодаренного мужа, и посему решаюсь подать вам совет: отправляйтесь обратно. Вы, конечно, последуете моему совету, ибо, конечно, готовы пожертвовать собственным счастьем ради общего блага. — Улыбнувшись, патриот ответил, что Минос, надо полагать, шутит, и сделал движение к вратам, однако судья, крепко его удерживая, настаивал на возвращении и, поскольку патриот упирался, велел стражникам взять его и отправить обратно.
Тут подоспел еще один дух, и он слова не вымолвил, а врата уже распахнулись перед ним. Кто-то, я слышал, тихо сказал: — Наш покойный лорд-мэр[38].
Наконец настала наша очередь. Дух-прелестница, о ком я с похвалой отзывался в начале своего путешествия, прошла очень легко, зато сумрачная дама была отвергнута сразу же: в Элизиуме, заявил Минос, ханжам не место.
И вот призвали к ответу меня, нимало не надеявшегося выдержать сие испытание огнем. Я признался, что в молодые годы отдал щедрую дань вину и женщинам, но ни единой живой душе не учинил вреда и от добрых дел не бегал, и пусть в том мало добродетели, но никому не отказывался помочь и дорожил друзьями. Я бы еще говорил, но Минос велел мне войти в Элизиум, пока я не потерял голову от похвал собственным добродетелям. И со своей прелестной спутницей я направился через эти врата, и там, с жаром, но очень духовно обнявшись, мы поздравили друг друга с обретением себя в блаженном краю, чья красота превыше всего, что может начертать воображение.
Глава VIII
Приключения автора с первых его шагов в Элизиуме
Дорога привела нас в восхитительную апельсиновую рощу, где собралось великое множество духов, причем я каждого признал, и каждый признал меня: духи здесь узнаются по наитию. Скоро я встретил свою дочурку[39], которую потерял несколько лет назад. Господи! Где те слова, чтобы передать, с каким восторгом и умиленной нежностью мы расцеловали друг друга и как застыли в пылком объятии, длившемся по земному времени никак не меньше полугода!
Первый дух, с которым я разговорился, был Леонид Спартанский. Я сказал, что один наш прославленный поэт воздал ему должное, а он ответил, что весьма признателен ему за это[40].
Вскоре нас зачаровал дивный голос в сопровождении скрипки, словно попавшей в руки самому сеньору Пьянтиниде. Потом мне назвали дуэт: то были Орфей и Сафо.
На их концерте (да простится мне это слово) был старик Гомер, посадивший себе на колени мадам Дасье. Он засыпал меня вопросами о мистере Попе, говорил, что жаждет его видеть: «Илиаду» в его переводе[41] он-де прочел с тем же восторгом, какой сам рассчитывал доставить читателям оригинала.
Я не удержался и спросил: точно ли он написал поэму кусками и распевал их на манер баллад по всей Греции, как о том говорит предание? Он улыбнулся вопросу и в свою очередь спросил, не присутствует ли в поэме некий план, и если да, то, думается ему, я сам отвечу на свой вопрос. Тогда я стал допытываться, в каком из городов, оспаривающих эту честь, он родился. На это был ответ: — Честное слово, я сам не знаю[42].
37
Нельзя сказать со всей определенностью, кого из «патриотов» имеет в виду Филдинг. Один из вероятных кандидатов — У. Палтни.
38
Близко к дате, которой открывается «Путешествие» (1 сентября 1741 г.), умерли два лорда-мэра — Хамфри Парсонз (март 1741 г.) и Роберт Годшэлл (июнь 1742 г.). Особой любовью горожан пользовался Парсонз; видимо, он и имеется в виду.
39
Дочь Филдинга, пятилетняя Шарлотта, умерла в марте 1742 г.
40
Подвиг трехсот спартанцев, погибших со своим царем Леонидом при защите Фермопил в 480 г. до н. э., воспел в поэме «Леонид» (1737) Ричард Главер (1712 — 1768).
41
О переводах Гомера, сделанных А. Попом
42
Уже в древности за честь называться родиной Гомера спорили семь городов.