Лекарь. Второй пояс [СИ]

Покашливание старика вернуло меня в действительность и заставило первый раз тюкнуть колотушкой. Этот способ разорвать цепь можно будет попробовать вечером, когда все задания окажутся выполнены, а мы начнём убирать Павильон. Нужно только постараться, чтобы старик остался доволен. С этой мыслью я поднял глаза на здоровенный фолиант, который я закрепил на полке так, чтобы мог его читать за работой. Нужно не только натолочь четыре состава, но и заучить четыре зелья и их применение.

Раньше единственным слугой Фимрама был тупица Умар, которому он не доверял ничего, кроме помоев, уборки и разноски подписанных зелий по поместью. Теперь в слугах Павильона половина нашей семьи, как я и хотел. Мама со стихией Дерева, Маро со знанием трав и егоза Лейла, которая могла из охапки никчёмной болотной травы вытащить стебель Серебряного Мирта, вырастающего раз в три года. Ну и их никчёмный брат и сын, который мог по полдня махать колотушкой, превращая Кровавый Малахит в пыль, а по вечерам раз за разом изображать перед стариком срывы техник, которые он мне доверил. В этом деле мне тоже не хотелось показывать талант, теперь уже назло Саул и я старался оказываться лишь самую малость лучше мамы. Будь здесь хозяином сам старик Фимрам, то я бы конечно проявил себя, отплатил за то, что он возится со мной и за…

В комнату вошёл Фимрам, всё так же слегка горбясь. Волосы растрёпаны, разве что морщины на лбу разгладились. Спрятав ладони в рукава, он похвалил:

– Пусть этот слуга и опоздал, но этот старик не слышал ни одной паузы в биении колотушки. Близится удар колокола. Этот слуга может идти и смыть пот перед обедом.

Я последний раз вбил каменный пестик в ступу и с облегчением выпрямился. На миг. Чтобы тут же согнуться перед стариком Фимрамом:

– Этот слуга благодарит господина за доброту.

Но Фимрам уже отвернулся, словно не услышал меня, шагнул к чашам, куда я высыпал готовые порошки.

К этому я тоже привык. Старик учит меня и маму техникам, а Маро алхимии. В сравнении с тем же Симаром старик Фимрам словно не видит в нас долговых слуг. Так что, если он прикажет толочь днями без перерыва, то я буду это делать. Вот этот крупный порошок мне ещё нужно будет перетереть особым каменным диском с ручками. Сделаю. Тем более что наверно лучше сегодня показать: я овладел техникой для слабления живота. Ведь тот же Умар, что мелькнул в коридоре, может проговориться.

В надежде на удачу я сначала завернул к мойне простых слуг. Не повезло: там уже кто-то плескался. Одно дело когда уже моющегося долгового слугу здесь застанут, другое войти туда сейчас. Ругани будет в пять раз больше, а если там женщина, то и до стражи дело дойдёт. Пришлось идти сначала на нашу половину крыла. Здесь тоже не было пусто: Жикар со своими прихлебателями. Чего у него не отнять, так это умения отлынивать от работы: освободился даже раньше меня.

Как Арнуз и говорил, мало кто горит желанием попадать в долговые слуги. Кроме тех, кто на самом деле влез в долги и не хочет изгнания из Пояса, готовый терпеть унижения, только чтобы остаться здесь, есть и другие. Это те, кого поймали на преступлениях: всевозможные воры, разбойники, даже убийцы. Вернее их сообщники, вина которых не столь велика. Говорят, что Жикар как раз из тех, кто несколько лет грабил ватаги и караваны. Поэтому он такой наглый. В их бандах всё решает сила и наглость. Правда с Арнузом и мной ему не повезло. Ну так и в своей шайке он не был главарем.