Опалённый мотылёк (СИ)

У резной колоны стоял мужчина средних лет с коротко подстриженными каштановыми волосами, скользя изучающим взглядом по лицам гостей. Он параллельно наблюдал за танцующими парочками, кого-то высматривая в толпе. Его зеленые глаза остановились на Максиме, танцующим с дворянкой из какого-то древнего рода. Она имела смазливое личико, смотря из-под прикрытых ресниц на Максима.

Максим за два года беспрерывных переходов из одной страны в другую повзрослел, он окреп духом, уже не ища подвоха в действиях мага, а искренне верил, что Абрахам правда о нем беспокоиться. Аристократические черты лица стали сильнее проступать, давая понять окружающим, что Максим происходит из благородной семьи. В его карих глазах уже не было того отталкивающего холода, он на всех смотрел приветливо и открыто, вот только это было обманчивое впечатление, он отнюдь не был добродушным, а стал более холодным и расчетливым, сканируя всех. Он стал наконец осознавать, что в его случае осторожность — его главный союзник. Максим оставался холодным с чужими, но был мягок с теми людьми, кто ему был близок.

Лилия стояла в стороне, обещая стать завидной невестой. Ее рыжие волосы были заплетены в корону, а шелковое платье имело приятный глазу зеленый цвет, слегка украшенное рюшами. Она стала более подтянутой, можно сказать, спортивно-сложенной, но по прежнему казалась хрупкой, благодаря своим ясным глазам и детскому личику, и сейчас она сверлила партнершу Максима ненавидящим взглядом. Изнутри ее жгла ревность, не смотря на то, что Максим больше времени проводил с ней, Лилия привыкла, что он всегда рядом.

Лилия случайно увидела, что к ней направляется кавалер, и мило ему улыбнулась, слегка потупив взгляд в смущении. Он протянул ей руку, спросив:

— Можно вас пригласить на танец? — она кивнула, решив проверить реакцию Максима, только забыла одну вещь, он никогда на людях не покажет свои чувства.

Маг дальше скользил взглядом по залу, выискивая свою третью подопечную, вот за кем нужен был глаз до глаз. Не смотря на то, что она долгих два года находилась в достаточно суровых условиях, осталась все той же милой и ласковой девочкой и даже немного пугливой. Она была открыта душой для всех, и Максим с Лилей ее называли феей, а она не обижалась. Вот за нее Абрахам волновался больше всего, стараясь ее подготовить к интригам со стороны совета и других государств. Он пытался ее научить не доверять всем, кому не лень. И у мага это пока получалась плохо.

За маги ухаживал один паж, и она принимала его ухаживания, и между ними зарождался роман, и маг бы ничего не имел против, если бы ее доверие. Она обнажала свою душу любому, и иногда за это приходилась жестоко расплачиваться. Сейчас она танцевала с пажом, весело болтая с ним о чем-то, с ней всегда было легко, и она была душой компании, находя подход к каждому. А ее безмерная доброта раздражала, а многие ею пользовались, втягивая доверчивую девочку в грязные дела.