Ведьма внутри меня

К чаю прилагались пирожные. Маленькие такие корзиночки со сладкими фруктами и взбитым кремом. Настолько вкусные, что я умудрилась прикусить себе щеку изнутри. Съела пять. Нет, уже шесть.

Дэбрэ вновь смотрел на меня тем же зачарованным взглядом — я молчала. Не хотела его вновь спугнуть.

Только объевшись, я осознала тот здравый смысл, который леди вкладывали в ношение корсетов. С желудком, прижатым к позвоночнику, я бы ела, как и они во всех книгах и фильмах — то есть клевала бы по зёрнышку, будто птичка. Больше внутрь бы просто не влезло. А в моём удобном платье я могла бы съесть и втрое больше — наесться как слон. Что я и сделала на радость Дэбрэ.

Он проводил меня до моей комнаты. Долго раскланивался. Поглядывал на мои губы. Когда мы расстались, я сначала потёрла их, а затем посмотрела в зеркало — нет, ничего не прилипло. Я и так это знала, но мне хотелось убедиться самой.

Я нравилась Дэбрэ, что очевидно.

«И почему это тебя так радует?» — у внутреннего голоса оказалась препротивнейшая интонация старого брюзги, забывшего, что молодость нам дана для любви и приключений.

И я показала ему язык. Да, скорчила рожицу и посмеялась над своим отражением в зеркале.

Мне всё здесь нравилось. А что не нравилось, в том я не видела катастрофы. Людей можно умиротворить, с ними можно найти общий язык, навести мосты, договориться. Самое главное — вот она я, здоровая, на ногах, и живу в таком чудесном, прекрасном, восхитительном месте!

Покружившись по комнате, я разбежалась и с ногами запрыгнула на высокую пышно убранную кровать. Сто лет этого не делала — скакала на ней, будто ребёнок. А потом упала, лежала, разглядывала потолок с гипсовыми завитушками и всей душой улыбалась.

У меня всё будет хорошо — я это знала. Верила. Я за это благодарила того невидимого, кто подарил мне эту прекрасную жизнь. А ещё думала о Дэбрэ — больше, чем следовало. Как и с маленькими пирожными — не могла и не хотела остановиться. Наслаждалась, жила, дышала счастьем именно здесь и сейчас.