В августе сорок второго

— Геноссе, наша борьба с большевизмом затянулась. Пока что мы не стоим перед реальностью войны на два фронта, но Восточный фронт съедает слишком много ресурсов, а отдачи от него пока что нет. Захваченные территории оказались опустошенными и почти без населения. Это ставит под сомнения вообще все наши скромные успехи сорок первого года. Вместо триумфального похода мы получили затяжную войну. Наша финансовая система на грани краха. Ялмар, я прошу вас снова взять в свои руки Рейхсбанк и всю финансовую систему Рейха.

— Мой фюрер, я должен был бы отказаться от столь высокого доверия, поскольку не уверен, что справлюсь, но ваша просьба для меня — это огромный аванс доверия. Я порошу неделю на вступление в дела и на то, чтобы подготовить план вывода страны из финансового кризиса.

— Надеюсь на вас, Ялмар, в начале нашего пути было намного сложнее!

Фюрер присел в кресло — для него проводить совещания сидя было признаком крайней усталости, но держаться на ногах уже не было сил.

— По-прежнему нашей самой большой проблемой осталась нефть и нефтепродукты. Пока нас выручают поставки мексиканской нефти и высокооктанового бензина из США. Но такая зависимость от потенциального союзника британцев меня не устраивает. Каковы наши перспективы?

— Мы восстановили производство синтетического бензина в объеме до 90 % от максимального, строятся еще два завода, но поставки оборудования через Швейцарию затормозились. На объемы начала сорок первого года мы сможем выйти через три месяца, а через полгода сможем увеличить производство примерно на 18 % выше максимального. К сожалению, из-за новых требований к размещению предприятий, выросли логистические проблемы, возникли перебои в поставках сырья. Но это максимум, который возможен в наших условиях. А в условиях ведения боевых действий и вероятных бомбардировок противника…