Еще одна станция [litres][One Last Stop]

«огаст, малышка моя, я знаю, ты ненавидишь брокколи, но у нас будет брокколи, мне жаль», – написала Майла.

«я не против брокколи», – отвечает Огаст.

«зато я ненавижу брокколи», – пишет Уэс с обиженным эмодзи.

«ooo в таком случае мне не жаль:)», – отвечает Майла.

Этого должно быть достаточно, думает она. Огаст, хоть это и сомнительно, наткнулась на этот клубок людей, которые хотят, чтобы она была их частью. Она очень давно не чувствовала такой любви. Она была одинока во всех смыслах. Теперь она одинока только в некоторых смыслах.

Она пишет в чат: «интересный факт: брокколи – отличный источник витамина С. Никакой цинги для этой твари».

Через несколько секунд Майла отвечает: «ЙЕЕЕЕЕЕЕ», – и меняет название чата на «ЦИНГА ЯГА». Когда Огаст вечером открывает дверь, Уэс сидит на кухонной столешнице с упаковкой льда на лице, и капли крови стекают по подбородку.

– Господи, – говорит Огаст, бросая сумку рядом со скейтбордом Майлы у двери, – что вы натворили на этот раз?

– Катись-взрывай, – жалобно отвечает Уэс. Майла рядом режет на столешнице овощи, а Нико выбрасывает осколки цветочного горшка в мусорку. – Они уговорили меня на раунд перед уходом на работу, а теперь мне придется взять отгул по причине разбитой губы и эмоционального расстройства из-за того, что кое-кто толкнул кресло слишком сильно.

– Ты сказал, что хочешь установить рекорд, – равнодушно говорит Майла.

– Я мог лишиться зуба, – говорит Уэс.

Майла вытирает руки о свой комбинезон и наклоняется к нему.

– С тобой все нормально.

– Я покалечен.

– Ты знал о рисках этой игры.

– Это игра, которую ты придумала, когда нажралась печеньем с травкой и подозрительной комбучей Нико, а не гребаная «Игра престолов».

– Вот поэтому вы должны дожидаться, когда судья придет домой, – говорит Огаст. – Когда вы все друг друга убьете, я унаследую эту квартиру.

Уэс плюхается на диван с книгой, а Майла продолжает трудиться над ужином, пока Нико ухаживает за растениями, не павшими жертвой игры. Огаст раскладывает свои записи о методах исследования на полу гостиной и пытается наверстать упущенное на паре.

– В общем, – говорит Майла, рассказывая Нико про работу. – Я сказала ей, что мне плевать, кто ее мертвый муж, и мы не покупаем использованные гульфики – даже от членов «Питтсбург Стилерз», которые победили в Супербоуле 1975 года, – потому что мы продаем нормальные вещи, которые не покрыты потом от яиц.