После развода. Вернуть жену
- Автор: Романова Злата, Невинная Яна
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «После развода. Вернуть жену». Краткое содержание книги:
— А как мне называть ребенка, которого ты нагуляла? Родила от моего друга, а строишь из себя святошу!
— Уходи, Демид. Я не намерена слушать твои оскорбления! Мы в разводе, ты без труда нашел себе новую девушку, вот и командуй ею. А меня оставь в покое!
Мой первый продолжительный контакт с Дмитрием происходит в ночь, когда с Соней остается Эля. Я сижу в гостиной, тупо пялясь в телевизор и занятый своими невеселыми мыслями, когда из спальни раздается плач ребенка. Рита ушла в душ пять минут назад и, вероятнее всего, не слышит рева, так что мне не остается ничего другого, кроме как посмотреть, что там с ним случилось.
Мальчонка лежит на кровати, обложенный подушками, и возмущенно ревет, крепко сжав крошечные кулачки. Его лицо покраснело, а крупные слезинки градом катятся по вискам вниз.
— Ну, и что случилось, мелкий? — беру его на руки, слегка укачивая.
Он продолжает плакать по инерции, а потом затихает, особенно когда я сую в маленький ротик голубую соску, лежащую рядом. Моргает влажными глазами, которые я вытираю салфеткой с тумбочки, и, когда его взгляд проясняется, начинает внимательно меня рассматривать.
— Любишь ты поорать, да, малой? И чего не спится? Тебя же кормили, я сам видел, как Рита несет тебе смесь.
Он сосредоточенно сосет соску с причмокивающими звуками и смотрит на меня серьезными Элиными глазами.
Я пытаюсь укачать его до того, как вернется няня, но у меня не очень хорошо получается. Димас даже не думает спать. Хотя бы не плачет — и на том спасибо. Иду обратно в гостиную и сажусь на диван, устраивая его на своей груди. Детское тельце теплое и пахнет молоком. Малыш хватает меня за палец, крепко обхватывая его своими пальчиками, и я смотрю на них, удивляясь силе этого крошечного человечка.
Я люблю детей, а он ребенок. Так что нет ничего странного в том, что мне нравится держать его на руках. И даже в том, что уткнулся носом в маленькую макушку с редкими темными волосками, чтобы проверить, действительно ли он так хорошо пахнет. Я делал так же с детьми моих друзей и Соней.
— Ничего личного, малыш.
Он согласно кряхтит и выплевывает соску, тяня в рот мой палец.
— А вот этого не надо, молодой человек.
Меня основательно слюнявят, прежде чем удается отобрать свою руку назад, но, к счастью, малой не обижается и не начинает снова плакать. Мы сидим минут пятнадцать, прежде чем он начинает засыпать, и я успеваю вернуть его на место до того, как Рита заканчивает свои длинные банные процедуры.
Надо признать, с того дня я время от времени пользуюсь случаем и, когда Рита чем-то занята, провожу пару минуток с Дмитрием. Этот забавный малыш действует на меня умиротворяюще.
— Ты бы поспал, мужик, — говорит Лука, отхлебывая свой кофе. — Все в порядке с твоей девочкой. Выглядит измученной, но они все так выглядят. Дети сильнее, чем кажется взрослым. Поверь моему опыту.
— Поверь моему опыту — тебя уволят, если продолжишь этот беспредел, — ухмыляюсь ему, бросая свой стаканчик в урну. — Ты нарушил по меньшей мере три правила этой клиники за последние две недели.
— Больше, мужик. Намного больше. Просто у меня есть один секрет — главный босс меня любит.
Он лыбится, как дебил, а я могу только покачать головой. Никогда бы не подумал, что начну нормально общаться с «ухажером» Эли, которая, кстати, избегает его как огня, но этот медбрат настойчиво лезет в мое пространство каждый раз, когда остается в ночную смену. Я же редко сплю всю ночь из-за бессонницы и в конце концов понял, что его стеб ненадолго вырывает меня из моих мыслей.
На самом деле я не испытывал такого отчаяния, как сегодня, уже очень давно. Доктор сообщил, что, возможно, потребуется курс химиотерапии, а моя дочь уже выглядит так, словно ее унесет порывом ветра.
По ночам хуже всего. Я боюсь спать, поэтому просто сижу рядом с Соней, наблюдая, как она дышит при тусклом свете, который боится выключать насовсем, несмотря на мое присутствие. Мне кажется, словно жизнь уходит из нее с каждым днем, и до смерти боюсь упустить хоть один момент. Ненавижу дни, когда приходится уходить, чтобы Эля могла приступить к своему дежурству, но мне нужен душ и сон, иначе я потеряю все силы, а Соня не должна видеть меня жалким и отчаявшимся.
Иногда выхожу купить кофе из автомата и сталкиваюсь с персоналом, но только Лука решается заговорить со мной. Он выделяется среди других работников онкодиспансера, потому что они словно не разрешают себе быть живыми в этих коридорах, чтобы своей жизнерадостностью не задеть чувства родных, скорбящих о еще не ушедших, но близких к этому, детях. Я никогда не признаю этого вслух, но слова поддержки, исходящие от него, действительно помогают.