Свадебный салон ведьмы Агаты

— Что это? — я нехотя взглянула на фотографию. На ней был какой-то камень, похожий на рубин.

— Это рубин Обливиона.

— Угу… — скептически хмыкнула я и улыбнулась, сложив руки на груди. — Что-то мы заболтались. А работы куча!

Сдерживая смешки, я отправилась к себе и принялась перебирать документы в своем кабинете, уже не вникая в нелепые россказни Азима. Зато Полёва была благодарным слушателем и внимала каждому слову хамелеона, не подвергая под сомнение ни единого факта.

— Это тот самый рубин! Мой пра-пра-прадед оказался в плену у того самого Обливиона, но ему повезло — алхимик не успел сгубить его. Чистильщики выпустили всех плененных магических существ на свободу. Так вот, мой предок сбежал оттуда не с пустыми руками.

— А где же девалась чаша тогда? — расспрашивала Полёва.

— Чашу забрал кто-то из рода оборотней. Я пытался найти потомка того самого волколаки, чтобы объединить наше наследие воедино, но пока безуспешно. Но я найду его.

— А почему ты думаешь, что он уступит тебе столь ценный артефакт?

— Ради этого я пожертвую чем угодно, заплачу любую цену. Это вопрос выживания моего рода.

— Ты воскресишь кого-то из родных?

— Я воскрешу себе невесту.

— Невесту? — разочарованно переспросила Полёва.

— Да. Хамка, которую я оживлю, станет моей женой, и мы продолжим род хамелеонов. Такова цель моей жизни.

Услышав слова Азима, я чуть не прыснула со смеха. Они услышали мое подавленное хихиканье и устремили взгляд в сторону моего кабинета. Азим обиженно замолчал, а Полева с укором прикрикнула:

— А я верю Азиму, между прочим, Агата Константиновна!

— А знаете, во что верю я? — выглянула я из-за шкафа в открытую дверь.

Оба вопросительно уставились на меня.

— Я верю в то, что Милана Курилова будет очень недовольна, если через двадцать минут никто не прибудет к ней для презентации декора!

Азим убрал телефон в карман, торопливо взглянув на время.

— Не обижайся на Агату Константиновну, Азимчик… Зато я верю тебе и верю, что у тебя получится исполнить свою цель.

Она мечтательно взглянула на него и сложила ладони у груди. Хамелеон улыбнулся и тепло обнял мавку, а когда они разъединили свои объятья, то в торговом зале стояли уже не Азим и Поля, а две Поли.

— Ну все, я готов, — сказала копия мавки и направилась к двери, в то время как настоящая принялась за работу воодушевленная, радостно напевая что-то себе под нос.

«Да уж… Не хватало еще, чтобы Поля влюбилась в этого хама…» — подумала я, наблюдая, как мавка развешивает свадебные платья, пританцовывая вокруг манекенов.

Симпатия Полёвы к этому позеру удивляла меня. Какой бы трагичной ни была его история, этот парень не вызывал во мне таких искренних теплых чувств. Но я постепенно привыкала к нему.

Честно признаться, мне и самой стало легче с появлением у нас Азима, ведь я, наконец-то, смогла всецело сосредоточиться на свадьбе Мариинны и Виктора, не отвлекаясь на повседневную рутину в салоне. А точнее, — сосредоточиться на срыве свадьбы…