Хроники Люцериуса-2

– В этом и дело, – проворчал Люцериус, снимая с плеча пустую клетку и проверяя ее прочность. – Никто особо не интересуется. Не вдается в детали. Не задает настырных вопросов… и поэтому довольствуется тем, что лежит на поверхности.

– Я настырная!

– И медленная. – буркнул будущий король.

Его слова возымели действие и Тефнут зашагала резвее.

Она вернулась через пять минут, неся в руках толстенный Вестник, не скрывая при этом своего удивления.

– Вот это да! Целая пачка! Да еще и разноцветная… хотя надо признаться, что цена ошеломляет… А ведь продавец даже глазом не моргнул!

– Тебе нужен оранжевый раздел.

Люц зевнул и, усевшись поудобней на чьей-то скамье, так зыркнул на возмущенно приставшего пучеглазого паренька «местного», что тот осел обратно на свой табурет и съежился за прикрытым деревянной крышкой котлом. При этом он пробормотал кое-что заинтересовавшее Люца, и полуорк показал пучеглазому три отставленных пальца.

– Шесть медяков, добрый чужеземный господин, – радостно заулыбался паренек. – Я Млукос. Отличаюсь живостью и глупостью, как говаривал мой дед. Вам в миске?

– Мне в тарелке, – рыкнул игрок. – Соль отдельно. Осыплю сам… со сдержанной рассудительностью…

– Какие мудрые слова… какая яркая одежа… вы из шутов, мой господин?

Лицо Люцериуса перекривило в такой муке, что паренек испуганно икнул и, едва не уронив себе на ноги снятую с котла крышку, торопливо добавил:

– Из придворных! Из придворных шутов! Осанка у вас внушительная! А уж плащ…

С шумом выдохнув, Люц шмякнул о небольшой столик горстку монет, требовательно вытянул руку и получил неглубокую тарелку, что с трудом вместила в себя три окутанных паром огроменных кукурузных початка.

– Господин шут…

– Я Люцериус!

– Простите… чужеземец Люцериус…

Зафыркавшая Тефнут безуспешно пыталась сдержать булькающие смешки, одновременно тянясь к дымящейся кукурузе. Шлепком отогнав наглую руку, полуорк, шумно и гневно дыша, сжал в пальцах кажущуюся крохотной в его лапище солонку и аккуратными движениям посолил один из початков. Перевернув, повторил процесс, после чего поднес початок к носу, глубоко вдохнул и, удовлетворенно кивнув, вонзил клыки, сдирая сочные зерна. Жеванул и не удержался от ублаженного стона.

– Варить кукурузу я умею, – похвастался Млукос. – А еще могу обжарить ее на углях… могу насадить на деревянные шпажки и пожарить вместе с мясом. Есть крольчатина, господин! Найдется немного мяса темного удава, благородная говядина и шмат неблагодарной свинятины…

– Свинятины, – повторила Тефнут, делая вторую попытку завладеть хотя бы одним початком.

– Давай всего этого, – буркнул успокоившийся Люцериус, швыряя в огонь под котлом очищенный от зерен початок. – И крабов!