Блондинки с Терры

Когда я первый раз пришла в себя, то не могла шевелить не то, что ногами-руками, даже веки с трудом разлеплялись. Как будто вчера решила перепробовать весь бар, не закусывая, смешивая в одном коктейле. Перед, с трудом разомкнутыми, веками все плыло, глаза резал свет, в уши словно налили воды, голоса и звуки сливались в один неясный гул. До меня долетел обрывок разговора мужчины и женщины.

‒ Как ты мог допустить это? Для тебя же не было сложностью избавиться от них? В итоге чуть сам не погиб.

‒ И выдал бы себя, нас, всю миссию раньше времени. Ведь мы еще ничего толком не знаем. Ты слишком импульсивна, а я говорил твоему отцу об этом, совсем не готова к большому миру.

‒ Да что же Ваше мудрейшество знает о нем? Разве ты сам был готов? Столько лет жил отшельником. Иногда нужно принимать спонтанные решения и рисковать.

‒ Тсс, она слышит нас. А ей бы спать, да покрепче.

Тут веки налились тяжестью, и сознание рухнуло в темноту. В следующий раз я вернулась в реальный мир с возможностью слышать и видеть, и даже немного шевелиться. Но отчаянно притворялась спящей, что бы подслушать другой разговор.

‒ В нем сильна обида, шутка ли, столько лет взращивал. Но я помогу, насколько получится. Ты не переживай. А ей пока ничего не говори. Нужно решить, как донести это помягче. И кое-что сделать.

‒ Хорошо, только мне так стыдно, ведь она ‒ самый близкий мне человек в двух мирах, как же так? А может все же у нее выйдет?

‒ Прости, нет. Осмотр показал нехватку объема. Если сделает это, либо разорвет себя на части, либо сойдет с ума и не вернется. Пойдем, подберем одежду, и отвар с бульоном погреем. Катя скоро придет в себя.

И снова волшебная темнота, избавляющая от размышлений и головокружения.

Третий раз стал победным. Я открыла глаза и увидела четкую картинку окружающего мира. Комната просторная, без окон, потолок светится весь, если приглядеться, то можно увидеть, что он весь испещрен мелкими трещинами, от которых и исходит свечение. Стены завешены тканями. Две кровати, вторая пустая, махровое постельное белье, стол, несколько стульев, пара ниш со шторками. Отлично. Тишина. Проверим тело. Пальцы шевелятся, руки двигаются, сесть могу. Вставать было тяжело. Сколько я пролежала, что ноги не слушаются. Проверила одну нишу — аналог шкафа, во второй, счастье мое, туалет. Вот почти наш унитаз. Даже не ведерко, какая радость. Смыв веревочный. И корытце прикидывающееся раковиной. Над ним бачок с кнопочкой. Как раньше на дачах были — давишь снизу и водичка течет, перестаешь давить — не течет. Сделав свои дела, побрела обратно в кроватку, сил нет. А ведь хочется кушать и пить, из бачка я это делать побоялась. Почему, когда не надо, в моей комнате толпы, а когда надо ‒ никого. Хотя может мне все приснилось? Ерунда какая-то. Тут за дверью раздался шум, она распахнулась, и в комнату ввалились девочки.