Укус фаланги

— И несколько ног, — добавила девушка, подбежав к парню и укрывшись под его локтем. — Он реально какой-то странный.

— Это вам в темноте показалось, — объяснил Кана. — Стресс, нервы, у страха глаза велики, как говорится.

— И все же… — пробормотал парень.

Агрессор со сломанной рукой прекратил завывания. Он сидел на земле и постанывал. Девушка посмотрела на него и прагматично заметила:

— Нам надо сваливать отсюда. Вдруг тот урод и вправду приведет приятелей?

Раненый прекратил стонать и с ненавистью процедил:

— Это точно. Наши ребята тусуются в «Синем скорпионе». Сейчас вся шобла прилетит сюда и порвет вас на куски. Особенно тебя, волосатый дебил.

— Ты меня напугал, я аж память потерял, — ответил ему Кана. — Видишь, колени трясутся.

— Я полагаю… — сказал парень девушки, поправив на носу очки и почесав брюшко. — Что нам надлежит прислушаться к их обещаниям и удалиться отсюда со всей возможной…

— Это точно, — перебил Кана. — Валите отсюда, пока они не вернулись. Квота героев на сегодняшний вечер исчерпана.

— А ты, о многорукий Шива? — спросил парень. — Неужто останешься?

— Мне надо сделать пару звонков. Конфиденциальных. Это еще один резон, чтобы вы поскорее ушли.

Но рыцарь в очках заупрямился.

— Мы не можем оставить тебя в опасности. Мы будем сражаться плечом к плечу и одолеем врага.

Кана вздохнул. Как же достали эти очкарики, не к месту рвущиеся в бой.

— Послушай меня, балбес. Шуруй отсюда, пока ноги целы.

Девушка присоединилась к уговорам, погладив милого по героическому плечу:

— Пойдем, мой барсик, сейчас здесь станет жарко.

Кажется, храбрый кавалер прислушался к голосу разума и был готов ретироваться, но слишком поздно.

Скверик наполнился шорохом травы, стуком ботинок по асфальту, нецензурными речевыми оборотами. Из-за кустов и стволов деревьев, словно волчья стая, полезли постояльцы «Синего скорпиона». Много, десятка полтора.

— Ну все, вам кранты! — злорадствовал хулиган со сломанной конечностью.

Гадливо скалясь, его собратья окружили Кану и незадачливую парочку.

— Ого, да вы, ребята, времени не теряли, — сказал Кана, озираясь.

— Я позвоню в полицию, — дрожащим голосом предупредила девушка и полезла в сумочку.

— Кажется, мои очки сегодня пострадают, — решил вслух ее парень. Он снял очки, сложил дужки и сунул в карман. Затем выставил кулаки и встал в боксерскую стойку. Похвальная, но безрассудная храбрость. В кольце врагов, окруживших троицу, послышались смешки.

— Я предлагаю разойтись по-хорошему, — сказал Кана и начал превращаться в фалангу.

Он как раз попал под свет одинокого фонаря, и оказался освещен, как певец на концерте. Все, и враги и друзья, с немым удивлением глядели на метаморфозу полуголого защитника угнетенных.

— Последний раз предупреждаю, — Кана щелкнул хелицерами и аудитория вздрогнула от резкого звука.