Властелин огня [ЛП]

— Что? — на Форджа это не произвело впечатления. — Нет! Ничего подобного.

— Мы называем себя драконами-полубогами, — вмешивается Трайдент. — Нас немного. Драконов-оборотней тоже, хотя их гораздо больше. Человеческое население не знает ни о ком из нас, хотя большинство из нас живёт среди вас.

— Полубоги. — Это полное безумие. Может быть, мне нужна смирительная рубашка. Это и лекарства. Конечно, это объяснило бы, что произошло.

— Мой отец — Посейдон, — продолжает Трайдент. — Я никогда с ним не встречался. Никто из нас не встречался с нашими отцами, кроме Найта, но это долгая история, которую лучше оставить на другой день. Я не хочу тебя пугать.

Слишком поздно.

— Посейдон, то есть бог морей? — мой голос пронзителен. — Этот Посейдон? — Не может быть.

— Он самый, — кивает головой Трайдент.

Мой рот разинут.

— Моё имя говорит само за себя. — Он пожимает плечами, как будто это не проблема (прим. перев. — Trident — трезубец).

— А что насчёт тебя? — я поднимаю брови. — Фордж? — я хмурюсь (прим. перев. — Forge — кузница, кузнечный горн).

— Отец Форджа менее известен, — ухмыляется Трайдент.

— Мой отец — Гефест. Бог огня. Это причина, по которой у меня всё в порядке с руками. Я могу починить что угодно. — Он поднимает руки, и я не могу не пялиться на его большие ладони.

Я вслушиваюсь в каждое его слово, но он не продолжает. Трайдент развивает диалог с того места, на котором остановился Фордж.

— Не слишком хорош во взаимодействии с людьми. Но отлично ладит с автомобилями. «Починить что угодно» — это ещё мягко сказано. Ты художник, не забывай об этом.

— Дракон… Это ты его нарисовал? — вспоминаю я машину на крыше мастерской Форджа. Тот, что нарисован на боку машины.

Фордж кивает.

— Вау. Это талант. — Я всё ещё волнуюсь, но не так сильно, как следовало бы. Не человек. Наполовину дракон-оборотень. Наполовину бог. Чёрт! В это сложно поверить.

— Ты ведь веришь нам, не так ли? — спрашивает Фордж. Он кажется… уязвимым, но трудно думать о Фордже таким образом.

— Да, — киваю я. — Я имею в виду, что тебя подстрелили, — качаю головой, — а ты сидел и ел пиццу, как ни в чём не бывало.

Его плечи расслабляются.

— Могут ли драконы-оборотни на самом деле превращаться в драконов? — я так много хочу узнать.

Трайдент смеётся.

— Не смей! — предупреждает Фордж.

— О, боже мой! — я чувствую, как мои глаза расширяются. — Ты можешь перекинуться? Ты можешь, не так ли?

— Не смей, мать твою, — предупреждает Фордж. Он смотрит на Трайдента, который снова стал Весельчаком.

— Можем, — кивает Трайдент. — Мы намного медленнее делаем это, чем полноценные драконы-оборотни. Это может занять минуту или две, чтобы полностью перекинуться. Включи свет, и я покажу тебе.

— Трай… клянусь грёбанным богом! — голос Форджа понизился примерно на тысячу октав.

— Успокойся. Я не буду полностью перекидываться. Я бы не хотел ничего сломать. — он оглядывает комнату. — Мы становимся большими, — подмигивает он мне. — Кроме того, мне придётся раздеться, и тогда ты влюбишься в меня.