Такая долгая жизнь. Записки скульптора
- Автор: Ястребенецкий Григорий Данилович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Издательство К. Тублина
- ISBN: 978-5-8370-0878-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Такая долгая жизнь. Записки скульптора». Краткое содержание книги:
Сегодня автору — девяносто пять. В своих записках он предстает как тонкий наблюдатель, подводящий итоги собственной многолетней работы, размышляющий о проблемах творчества и превратностях судьбы, анализирующий свой педагогический опыт. И все это — в доступной форме остроумного доверительного рассказа.
Особняком стоят здесь воспоминания о войне, блокаде, рассказы о коллегах — соучениках по институту имени Репина, которым не довелось дожить до Дня победы, и чьи таланты остались нереализованными.
Он прожил большую, нелегкую и интересную жизнь. Кроме Гражданской войны, участвовал в Финской кампании, провоевал всю Отечественную войну, работал врачом в лепрозории для прокаженных в Азербайджане, в вендиспансере, в различных больницах. Он был врачом-урологом, но отлично разбирался, если приходилось, и в других заболеваниях.
Зарплата врача была очень маленькой, и он подрабатывал, читая, где придется, лекции, преподавая в школе для среднего медицинского персонала в городе Пушкине.
Однажды он принимал выпускные экзамены в этой школе. Как раз в те годы в моду начали входить фитонциды — летучие целебные вещества, убивающие микробов, которые выделяют лук и чеснок. Средства эти были известны давно, но как раз в эти годы их научно обосновали. Статьи на тему о фитонцидах только-только начали появляться в медицинской литературе.
Одному из будущих фельдшеров как раз попался билет о фитонцидах. Молодой парень долго переминался с ноги на ногу, по-видимому, впервые встретив это незнакомое иностранное слово. Наконец, пожалев его, отец решил ему подсказать.
— Подумайте, что вы не станете есть перед тем, как идти в театр?
— Горох! — не задумываясь, обрадованно ответил будущий фельдшер.
Для того чтобы прокормить семью, отцу пришлось заняться частной практикой и открыть кабинет. Для этой цели в передней поставили несколько стульев для предполагаемых пациентов, а мою комнату переоборудовали для приема больных.
Больных было мало. Однажды в Ленинграде среди бела дня троллейбус, полный пассажиров, сбив ограду, упал в Фонтанку. Об этом много говорили в городе и даже написали в газете. Спаслись только двое: мужчина, стоявший ближе всех к задней двери, и женщина, которую он успел вытащить из троллейбуса. Он ехал вместе с женой, стоял рядом с ней и помог ей выбраться на лед. К своему ужасу, он увидел, что вместо жены он вытащил кондукторшу. Через некоторое время он подцепил от этой кондукторши триппер и пришел лечиться к моему отцу.
Я хорошо помню этот удачный для отцовской частной практики день, потому что в этот день у отца было двое пациентов. Вторым пришел молоденький солдат. Входя в кабинет, он громко сказал, употребляя привычную ему военную терминологию:
— Доктор, у меня зудь в канале ствола.
Итак, я очень мало знал об отце и уже после его смерти решил хоть что-то выяснить о его студенческих годах, учебе в Цюрихе, об участии в Гражданской войне, о том, как и за что его посадили в тридцатые годы, ну и, возможно, что-то еще, о чем он мне не рассказывал, боясь, что я протреплюсь в школе и это может плохо отразиться на нашей семье.
После смерти отца еще несколько лет жил его старый приятель, с которым он учился начиная с первого класса гимназии и потом продолжал дружить и встречаться вплоть до последних дней.
Это был старый адвокат. Ему было больше восьмидесяти лет. Жил он один в большой коммунальной квартире, был почти слепым, но каждый день с палочкой ходил в соседний сквер посидеть на скамейке, посмотреть на проходящих мимо девочек и, по его словам, «завести глазной роман».
Я взял с собой магнитофон и попросил его рассказать все, что он помнит об отце. Он подробно рассказал, как они в гимназии бегали на свидание к девочкам, как в университете были влюблены в одну и ту же студентку. Все мои попытки узнать какие-нибудь подробности из «героической» биографии моего отца остались бесплодными. На магнитофонной пленке оказались записанными имена нескольких девиц и их подробные адреса.
Памятник для Балтийского завода
После Толстикова первым секретарем обкома партии стал Романов. Предполагалось, что им станет Георгий Иванович Попов, но Романов поехал в Москву к Суслову и вернулся в Ленинград первым секретарем.
Маленький, жестокий, высокомерный и заносчивый, он чуть было не стал после смерти Черненко Генеральным секретарем ЦК вместо Горбачева. Трудно представить, что стало бы с нашей страной в этом случае.
Когда Романов утром выезжал из своего дома на площади Революции в Смольный, все дороги, по которым следовала его машина и машины сопровождения, перекрывались. Люди подолгу не могли перейти улицу, опаздывали на работу.
Как многие политические деятели, он мечтал увековечить свое правление городом каким-нибудь грандиозным сооружением. И тогда возникла идея создания памятника Великой Октябрьской социалистической революции в Ленинграде. Для этой цели в Финском заливе неподалеку от берега должен был быть намыт остров, к которому бы вела роскошная эспланада.