Идентичный цветок (СИ)

- Ничего, я просто переживал за Бари.

- Это, конечно, оправдание, но лить слезы незачем, она прекрасно себя чувствует, правда, спит еще, все же родить за раз двух младенцев - тяжело… - я улыбнулся, но он не разделял моего энтузиазма. – Адри, что-то произошло, пока меня не было?

Он отрывисто покачал головой.

Мы встали, и я приобнял его за плечи, повел в нашу спальню, он был до безумия грустный, складывалось впечатление, что за время моего отсутствия, на его плечи свалилась глыба в тонну.

Я мягко толкнул его на кровать и навис сверху, и вот тут я увидел то, что меня поразило. Он отвернулся.

- Адриан, любимый, сейчас действительно уже поздно и ты устал, я понимаю, но это не помешает мне пожелать тебе спокойной ночи.

Я привстал и включил ночник, комнату озарил рыжеватый свет, и в этом свете его кожа стала еще бархатистей. Я улыбнулся и провел по его щеке, мягко и ненавязчиво спустился пальцами по нежной шейке.

- Габи, я хотел спросить…

- Спрашивай.

Он поднялся с кровати, я недоуменно проводил его тонкую фигурку взглядом, Адри вышел из спальни, а через несколько минут вернулся, сжимая что-то в руке. Я не сразу понял, что это листок… фото.

Он протянул мне фото Энтони и тихо спросил:

- Кто это? – закусил губу и по щекам потекли слезы.

Я несколько секунд пытался придумать, что ответить, а потом медленно взял фотографию и положил на постель, обхватил моего мальчика за талию и потянул к себе на колени.

- Это Энжей.

- Я так и подумал. – Пауза. – Красивый. Я все думал, почему у тебя нет фотографий, вообще ни одной, даже Билли и Бари, а тут случайно нашел фото в рюкзачке Билла…. И сразу догадался, что это он, тот человек, для которого ты написал «Цветок индиго». Я думал, что после того разговора, смогу заменить его, смогу быть для тебя большим – твоим цветком. Но, видимо, это не так…

Я больше не мог слушать этот голос, тусклый, почти без эмоций, надломленный. Я повернул его лицо, обхватил ладонями и впился в губы.

Целовал нежно, даря ласку и любовь, которую заслуживал этот мальчик.

- Люблю тебя. Сейчас. Не его, а тебя, Адриан. – С каждым словом он морщил носик и вдруг уткнулся мне в шею, разрыдался. – Ты для меня не замена, малыш, ты для меня самый любимый, слышишь? – я гладил его по хрупкой спинке, нежно прошелся руками по ягодицам в спортивных тонких штанах, мягко повалил его на кровать и накрыл своим телом. – Люблю тебя.

- Габриэль… - он выгнул спину и обнял меня за шею дрожащими руками, уткнулся в плечо лицом. – Не смотри на меня, я такой несимпатичный сейчас.

- Глупости, ты у меня самый красивый, самый нежный и самый желанный.

- А как же Энжей?

- Он чужой мужчина, Адриан.

Он отстранился от моего плеча, и я увидел, как его глаза загораются прежним огнем, как он выдохнул и тихо прошептал:

- Я так ревную тебя к прошлому.

Я ничего не ответил, потому что наше прошлое разное, у меня больше трагедий и больше побед, у меня самая большая ошибка, но я прекрасно понимаю, что если сейчас не смогу убедить моего малыша в том, что люблю только его, то мы никогда не сможем быть вместе. Счастливы.

Я накрыл его губы и проскользнул в глубину горячего рта, лаская языком десны и нёбо, играя с его нежным языком, покусывая его. Руками задрал домашнюю футболку и прошелся по коже подтянутого животика.

- Ревность – это так приятно, мой мальчик, но давай договоримся, ты никогда не будешь ревновать меня к Энжей, он моё прошлое, да, но прошлое слишком болезненное, чтобы я вернулся к нему и начал бороться. – Теперь смолчал он и только выгнул спинку за лаской, и запрокинул голову, упираясь затылком в покрывало кровати.

Я накинулся на его шею, прикусил кадык, зализал, стянул футболку до конца и прикусил сначала один сосок, потом другой, оттянул маленькую бусинку и поласкал ее языком, поцеловал, нежно подул, Адри тихо и хрипло застонал.

Вниз по плоскому животику стайкой нежных укусов-поцелуев, мягко вокруг пупка, юркнул язычком в него, и услышал протяжный стон.

Он извивался подо мной, стонал и начал тихо умолять о большем.

- Хочу тебя, Габи.

Я медленно стянул с него штаны, он раздвинул ноги, уткнулся лицом в пах, потерся щекой о его член, лизнул языком сладкую головку.

Не было прошлого, не было будущего, было только настоящее – сейчас.

И в данную минуту подо мной был самый желанный человек.

Я высунул язык и прошелся им по всей длине его члена, от головки к яичкам, медленно вобрал их в рот, лаская языком, он сильней расставил ноги и его тонкие, ювелирные пальчики вплелись мне в волосы и немного потянули на себя.

Я чуть-чуть приподнял его и накрыл губами дырочку, высунул язык и смочил слюной нежную кожу. Он задышал часто-часто.

Я не мог насытиться этими стонами, этой эйфорией желания, мне хотелось быть еще ближе к нему, я приподнялся и расстегнул свои джинсы, извлек сочащийся смазкой член и открыл ящик прикроватной тумбочки, достал смазку. Открыл и нанес ее на эрекцию, немного смазал дырочку моего задыхающегося мальчика.

- Сегодня так…

- Я не против. – Сипло ответил он.