Электронная книга - «Перерождение в отомэ (СИ)». Краткое содержание книги:
Выживших Венков она тоже не видела, но знала, что их аналогично ждет тюрьма. Но кое с кем Тсуна, к своему удивлению, поговорила. Утром третьего дня пришел Генкиши, ну точнее его привели и не спускали глаз.
К своему стыду девушка думала, что он мертв. Ну, они оставили его где-то на улице того города, Генкиши могло просто случайно прибить зданием и взрывом, а он ведь еще был серьезно ранен. Но нет, выжил, его нашли и подлечили без энтузиазма. Объяснили это тем, что раз Десятая спасала его, то нельзя пропасть ее труду даром. А жизнь иллюзиониста никого не волновала. В принципе, честно.
Генкиши смотрел на нее исподлобья, но его взгляд был почти нечитаемым. Ни злости, ни радости. Молчал мужчина долго.
– Я бы хотел сказать, что благодарен, но не могу, – наконец, начал он. Тсуна пожала плечами, а вот Хаято у двери презрительно цыкнул. – Но я не могу сказать и то, что не ценю твой… ваш поступок.
Его можно было понять, Генкиши был слишком верен Бьякурану, что, наверное, предпочел бы смерть, чем жизнь со знанием, что «Бог» бросил его.
– И не надо благодарностей, я спасла тебя не ради… тебя, как бы странно это ни звучало. Я спасла ради себя, мне так легче, – она неуверенно мнет одеяло в руках. – И, черт, смерть не должна быть настолько неприятной в эмоциональном плане. Глупость несу, да? Какая смерть может быть приятной, хах.
– Нет, не глупость, я понял.
Они снова молчат.
– Эм, ну, раз уж так вышло, то попробуй жить. Как-нибудь.
Генкиши прикрывает глаза, позволяя Тсуне без стеснений рассмотреть лицо, которое теперь покрыто шрамами от тех растений.
– Я уже выполнил то, что хотел. Поговорил с Юни и Гаммой, и теперь с вами.
Тсуна ждала подробностей, но мужчина не стал делиться. Потом Гокудера ей расскажет, что Юни-то простила Генкиши, а вот Гамма предателя не смог принять.
– А теперь я отправлюсь в Вендикаре, – девушка не смогла остановить падение своей челюсти. – Не за чем так удивляться, это полностью мной заслуженно, и я принимаю наказание. Возможно, это хоть немного искупит мою вину.
Он, правда, хотел искупить грехи, но и его еще не прошедшая полностью вера в Бьякурана заставляла желать пойти за боссом. Глупость полная, Генкиши сам это понимал. Но уже поздно меняться. Да, поздно, ведь в прошлое не вернуться. Ему.
– Хах, – он горько смеется. – Наверное, будь моим боссом вы, то жизнь была бы другой.
Савада качает головой.
– Я не самый лучший вариант. Но есть кое-кто, кому ты важен, – ее театральная пауза лишняя, ведь ответ и так ясен. – Юни вполне принимала тебя в прошлом.
Генкиши открывает рот, чтобы кое-что попросить, но не решается. Это ведь глупо, нельзя желать большего, донна Вонголы и так многое сделала для него.
Но Тсуна понимает без слов.
★Выполнить просьбу
★Промолчать
★Отказать
– Не могу обещать, но в прошлом я попытаюсь поговорить с тобой и не допустить такой же ошибки.
Генкиши кивает, плохо скрывая удивление в глазах. Хаято тактично молчит. На этом их встреча и закончилась.
Что еще случилось за это время? Ну, отбыли Вария и Дино с Ромарио. У всех были дела, связанные со своими семьями, варийцы планировали подчистить остатки Мельфиоре. Каваллоне собирался связаться с Альянсом и начать восстанавливать былое, ведь пора Вонголе снова встать во главе мафии. Дино еще надо было попытаться сгладить вопрос относительно нового босса Королевской семьи, пока что только он знал о планирующемся воскрешении Десятой.
С Дино Тсуна попрощалась очень тепло и по-семейному, парень хоть и ждал свою сестренку из этого времени, но мелкую версию тоже обожал и не мог просто уйти. Он извинялся за то, что не может остаться, но если вдруг с Хранителями возникнут проблемы, то Каваллоне пообещал примчаться и спасти Саваду.
С Варией, разумеется, никаких трогательных сцен прощания не сваришь. Занзас появился только в первый день, сказал что-то типа «Мусор справился, мусор молодец, но можно было лучше». Тсуна не помнит точную формулировку, ее голова тогда раскалывалась, и тянуло тошнить. Но Саваде большего не надо, то есть Занзас и так помог Вонголе, поддержал ее во время битвы, большего и не надо.
Скуало выбрал время получше, когда Тсуна могла соображать. Суперби метался из крайности в крайность, то похвалит и начнет беспокоиться состоянием больной, то начнет ругать за слабость и шутить про то, что даже обычный тунец бы завалил Бьякурана быстрее. Напоследок он взъерошил девушке волосы и немного смущенный ушел.
С Луссурией Тсуна провела даже слишком много времени, ведь мужчина был одним из обладателей нужного для лечения типа пламени. В итоге девушка теперь знает слишком много про моду последней пятилетки и топ-50 красивейших мужчин Италии. Как Луссурия выразился: «это тебе пригодится». Леви тоже заходил пару раз, если бы не его обожаемый босс и его просьбы, то Тсуна бы чаще видела этого громилу у себя. Леви-А-Тан почему-то читал ей сказки. Не такого ждешь от высокого и мускулистого мужчины пугающей наружности. Но это было мило, даже его рассуждения о слишком хороших концовках и попытки добавить в каждую историю убийства и мафию имели свой шарм.
Фран бы тоже мог часто тусоваться в ее палате, но на второй день дикого смеха Тсуны и кучи планов по розыгрышам парнишку выставили за дверь. Ну и Бельфегор, он, похоже, принял фразу «прописаться в палате больной» слишком буквально. Принц посещал Саваду слишком часто, а уж сколько раз он мешался во время непосредственных лечебных процедур? Не сосчитать. Один раз Тсуна проснулась, когда Бел решил, что «принцессе страшно ночью одной». То, что на соседней койке Лар, его не смущало. И именно Милч выгнала нерадивого сталкера из помещения и ругалась на смеющуюся Тсуну, которая должна была испугаться таких попыток проникновения. Но Савада уже устала напрягаться от показателей любви и бояться ребят, к тому же она скоро вернется домой, так что можно и потерпеть. К слову, Бел при прощании обронил фразу, что когда принцесса вернется в особняк в Италии, то они сходят на романтическую прогулку. Фран за ним закатил глаза и посмотрел на девушку с легко читаемым пониманием того, что никаких встреч не будет. Но не все были такими как Фран, кажется, некоторые здесь не понимали, что Тсуна планирует ретироваться из этого времени. Исправлением этого заблуждения она еще займется, но немного позже.
Хранители, разумеется, тоже ее навещали, кто-то больше, кто-то меньше. Первую категорию возглавили Мукуро и Ламбо, если не считать Рёхея, ведь он и лечил больную. Остальные заходили реже, объяснялось это тем, что они заняты проблемами семьи в отличие от Мукуро и Ламбо, эти двое производили впечатление лоботрясов. Но с ребятами девушка еще увидится, и не раз, потому что они все на одной базе. И именно с ними будет сложнее всего в плане прощаний.
Говоря о возвращении домой, стоит сказать, что квест «Вперед в прошлое» не был выполнен. То есть это значит, что решить проблемы будущего недостаточно и надо вернуться в прошлое для завершения. Логично. А вот за ивенты награду Тсуне отсыпало. Плюс пять к воле, это довольно большая прибавка, плюс два к красноречию и плюс один к психотерапии, вот эти два немного странно вписывались в произошедшие события. Еще было плюс три к пламени и три к реакции, но это уже не за ивент. Обычное повышение за развитие, то есть пламя повысилось из-за разговора с Примо, а реакция за новый опыт в сражениях. За последнее у Савады старое достижение «первая кровь», которое уже было второго уровня, эволюционировало в это:
Почти опытный боец: вы поучаствовали уже в некотором количестве сражений и больше не являетесь новичком, но до Кратоса вам еще далеко (+ к реакции и гиперинтуиции во время битв)