Рука Трауна Видения Будущего

Когда протонная торпеда пробила щит и отколола очередной фрагмент от обшивки «Превосходящего», флагман содрогнулся всем корпусом. В лобовом иллюминаторе во всей красе была видна пляска турболазерных лучей, которые разлетались от щитов и лишь изредка вгрызались в корпус кораб­ля, слой за слоем прожигая металл и транспаристаль.

Но в этот короткий момент, когда сердце пропустило удар, для Леи все потеряло значение: исход битвы, собственная жизнь, даже угроза гражданской войны. Все заслонила ис­корка далекого переживания, едва уловимое волнение в Силе.­

Где-то в черноте космоса Хана настигла опасность.

— Капитан Ав’муру! — Перекрикивая стоявший на мости­ке гвалт, принцесса быстро подошла к главному пульту. Двое охранников угрожающе подняли бластеры, и Лея, не раздумывая и не замедляя шага, развернула дула в разные стороны. — Капитан, мне нужно немедленно с вами поговорить.

— Советник, я занят, — проворчал айшори, не удостоив ее даже взглядом.

— Если не выслушаете меня, занятие до конца жизни вам обеспечено, — огрызнулась принцесса, изо всех сил стараясь не упустить тонкое, размытое чувство, что муж находится где-то там, вдалеке. Эмоции Хана бурлили от адреналина и бессильной ярости, но сколько Лея ни старалась, у нее не получалось уловить его подспудные мысли. Впрочем, одно было отчетливо ясно. — Где-то неподалеку нас подстерегает новая опасность, о которой никто не подозревает.

— Другие опасности нас не волнуют! — Ав’муру чуть не со­рвался на крик. — Прямая угроза для нас — агрессоры-диамалы.­

— Капитан...

Почувствовав невесомое прикосновение к руке, она умолкла.­

— Бесполезно, советник, — произнес Гаврисом. На его вытянутом лице читалось напряжение и даже некоторое ожесто­чение. — Он не может и не хочет думать наперед, когда его корабль громят здесь и сейчас. Расскажите, что это за новая опас­ность?

Принцесса посмотрела в иллюминатор, пытаясь пронзить взглядом ослепительную вязь смертоносных лучей.

— Хан попал в беду, — наконец выдала она.

— Где? Каким образом?

— Не знаю. — Внутренности скрутило от чувства собственной беспомощности. — Я не могу уловить ничего вразуми­тельного.

— Кто еще может быть в курсе? — уточнил Гаврисом.

Лея глубоко вдохнула, усилием воли заставляя себя успокоиться. Президент прав: сейчас самое главное — оставить эмоции в стороне и подумать.

— С ним на «Соколе» был Элегос, — вспомнила она. Но, потянувшись к каамаси Силой, ничего не нашла. — Его я не чувствую.

— Кто еще? — не унимался Гаврисом. — Кто-нибудь поближе?

Лея снова взглянула на битву, бурлящую снаружи, и в душе затеплилась робкая надежда.

— Лэндо. Хан мог ему что-то рассказать.