Прощание славянки
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-3-85-658811-4
- Жанр: Военная документалистика и анализ
Электронная книга - «Прощание славянки». Краткое содержание книги:
Почему к концу войны Россия осталась без армии и кто был в этом виноват?
Была ли Первая мировая война Отечественной войной и какую роль она сыграла в Судьбе России?
Именно на эти и многие другие вопросы мы и попытаемся ответить в нашей книге.
Поэтому мы не будет детально разбирать военные операции, а проследим, как их успехи и неудачи отражались на жизни нашей страны.
Попытаемся мы по мере сил разобраться и в таких сложных вопросах, как философские, социальные экономические аспекты войны и как эту самую войну в свете всех этих аспектов готовили в Германии.
И, конечно, рассказать о тех людях, которые отдавали свои жизни за нашу страну.
Отдавали не потому, что им приказывали их отдавать, а потому что не могли иначе.
Около двух миллионов наших соотечественников сложили свои головы на полях сражений Первой мировой войны.
Ни газовые атаки, ни многократное превосходство противника, ни отсутствие боеприпасов не смогли сломить русского солдата.
В тяжелейших условиях он совершал героические подвиги и в очередной раз спас Европу, сражаясь на самых критических направлениях.
И эта книга — призыв помнить и чтить их Светлую Память…
Если бы Сербия обратилась к державам, Россия готова была бы остаться в стороне, передав вопрос в руки Англии, Франции, Германии и Италии.
Казалось также возможным, что помимо этого обращения к державам Сербия предложила бы подвергнуть свой спор третейскому суду.
— Россия, — говорил министр, — не имеет никаких воинственных намерений, и она никогда не предпримет ничего, пока ее к этому не принудят. Действия Австро-Венгрии направлены столько же против России, сколько против Сербии и имеют своей целью уничтожение нынешнего статус-кво на Балканах и установление там своей гегемонии…
Сазонов замолчал.
Молчал и Бьюкеннен.
Поймав его все понимающий взгляд, Сазонов вдруг почувствовал, что он ломится в открытую дверь.
Да и что такое посол?
Обыкновенный посредник, и не ему решать столь сложные вопросы войны и мира.
В Англии и без посла прекрасно понимали всю сложность ситуации.
Понимали и молчали.
По каким-то ведомым только Лондону причинам.
— Хорошо, — нарушил затянувшееся молчание Сазонов. — Оставим этот разговор, но я хочу повторить, что если Англия именно сейчас, пока еще не поздно, займет твердую позицию рядом с Россией и Францией, никакой войны не будет. В противном случае прольются реки крови, поскольку, судя по поведению Германии, она рассчитывае на нейтралитет Англии, а Англия все равно примет участие в войне. И сейчас надо оказывать давление не на Вену, а на Берлин, поскольку только он может сдержать Австрии. Что же касается России, — подвел черту под разговором министр, — то она не может позволить Австро-Венгрии раздавить Сербию и стать первенствующей державой на Балканах. Если Франция окажет нам свою поддержку, а она нам ее окажет, мы не отступим перед риском войны…
В своих воспоминаниях Асквит объяснил положение, занятое его правительством.
По его словам все дело было в том, что Лондону «не было дано серьезного доказательства, что угрожающее или хотя бы только непримиримое со стороны Великобритании положение привело бы к тому, что Германия и Австро-Венгрия сошли бы с пути, на который они стали».
Можно подумать, что бывший преьмер раз и навсегда забыл, к чему привело вмешательство английского правительства в спор между Германией и Францией в 1911 году, по характеру своему не менее опасный для европейского мира, чем австро-сербское столкновение в 1914 году.
Что признавали, кстати говоря, даже такие, не чуждые некоторому шовинизму, германские государственные деятели, как адмирал Тирпиц.
— Именно английское вмешательство, — считал адмирал, — привело Германию к дипломатическому поражению…
Можно было ожидать, что такой удачный прецедент должен был бы иметь больший вес в глазах г-на Асквита в силу
Если же вспомнить то значение, которое англичане придавали прецедентам во всех областях политической жизни своей страны, то вряд ли Асквит не понимал всей значимости позиции своего правительства.
К тому же, Бетман-Гольвег не предвидел вступления Англии в войну с Германией.
Из знаменитого донесения английского посла в Берлине, сэра Эдуарда Гошена, в котором он описывает объявление войны Англией Германии вслед за нарушением ею бельгийского нейтралитета, видно, какой страшной неожиданностью оно явилось для германского канцлера.
— Я, — продолжал Сазонов, — нисколько не сомневаюсь, что Австро-Венгрия не действовала бы таким вызывающим образом, если бы не имела согласия Германии. И я очень хотел бы надеяться на то, что королевское правительство не замедлит заявить о своей солидарности с Россией и Францией…
Однако Бьюкенен не был настроен столь оптимистично в отношении своего правительства.
— У нас нет интересов в Сербии, — сказал он, тщательно взвешивая каждое слово, — и именно поэтому английское общественное мнение никогда не допустит войну из-за этой страны!
— А не забывает ли английское общественное мнение, — возразил Сазонов, — что сейчас речь идет не о ее интересах в Сербии, а об общеевропейском интересе, так как сербский вопрос является не только вопросом балканским, но и европейским? Как мне кажется, Великобритания не имеет права отстраняться от разрешения задач, выдвигаемых в связи с сербским конфликтом Австрией. Неужели вы не понимаете, — несколько повысил голос Сазонов, — что если война разразится, то Англия будет в нее вовлечена! Более того, не встав сразу на сторону России и Франции, Англия сделает войну еще более вероятной?