Снежная любовь (СИ)

«Я на родине! Надеюсь, к вечеру закончу дела, и завтра утром вернусь к тебе. Целую».

На лицо сама собой выползла радостная улыбка, пожалуй, я должна была сказать девчонке спасибо, но это было бы слишком! Хоть мысленно я ей и сказала «спасибо».

В участок я решила не возвращаться, я ещё помнила адрес чувака с камерой. Поэтому от тюрьмы поехала сразу туда, у меня не было чётких намерений на его счёт, да и велика вероятность, что его уже давно там нет.

За окном машины мелькали серые строения такого же серого зимнего города. Он, город, казался скучным и угрюмым, будто в один миг из него вытянули душу… Но он и раньше был таким, просто я была другой. У меня не было пары раньше, и то, какой город за окном, волновало в последнюю очередь. Я жила только от дела к делу, как факт, промежутки, свободные от преступлений, я не помнила вообще. Все было до жути однообразным: дом, какой-то фильм и, возможно, еда быстрого приготовления, порой я выбиралась за город, чтобы дать немного свободы пантере. Но это все слилось в одну сплошную линию серого тумана, и только иногда всплывали точки чуть ярче в виде очередного дела.

Только последние недели приобрели смысл, у меня была цель, к которой нужно стремиться…

Подъехав к нужной многоэтажке, я припарковала машину в свободном пространстве и стала наблюдать. Но ничего не происходило, абсолютная тишина. Ближе к обеду мне это надоело, и в голову пришла ещё одна мысль — съездить в школу и проверить, на месте ли ещё та камера.

Обедала я в в первом попавшемся кафе, а после рванула в школу, надеясь, что там будет все тот же охранник, что был и прошлый раз, иначе без значка меня не пустят.

***

Камеры на месте не оказалось. К счастью, охранник был все тот же, и прошла фишка с «я забыла жетон». Смотрел он, конечно, странно и явно был удивлён, но виду не подал и вёл себя вполне адекватно. Не было настроения юлить и врать, поэтому я сразу же пошла в туалет и направилась в нужную кабинку.

— Эй, что вы собрались делать?

— Пойдемте, мне нужно кое-что проверить…

Закатив глаза к потолку, мужчина вошёл в туалет, а я смогла спокойно встать на унитаз ногами и пролезть в задвижку. Пришлось снова все откручивать… Камеры не было на месте, но остались провода от неё.

— Смотри — здесь была камера, я сама её видела. Кто-то здесь был в последнее время?

Мужчина заглянул мне под руку и отрицательно что-то хмыкнул.

— Нет, из посторонних никого. Но это ведь нелегально… Ну, камера наблюдения в туалете…

— Да, так и есть. Но уже неважно, думаю, тот, кто её установил, уже смотал удочки…

Я закрыла все обратно, поставив на своё место задвижку, слезла с унитаза и пошла на выход.

— Это нужно сообщить директору школы!

Охранник шёл за мной и возмущался, бубня себе под нос разного рода проклятия и намечая план действий. Я только ухмыльнулась и пошла к своей машине.

— Эй, а вы этим не будете заниматься? — донеслось мне вслед.

— Нет, я больше не работаю в полиции!

На этой фразе за мной захлопнулась дверь, и я больше не слышала, что там говорил блюститель порядка местного разлива.

Сев снова в машину, я устало откинулась на сиденье и потерла горло, бинт уже начал надоедать и все под ним чесалось, но снимать его запретили, приходилось терпеть. Боли больше не было и это радовало, значит, все зажило, и осложнений нет. Я старалась гнать от себя подальше мысль, что была на волоске от смерти и меня могли прикончить таким дурным образом.

А еще я себя корила за забывчивость, в момент стресса забыла все правила ведения боя… Может, потому, что это дело было напрямую связано со мной, может, я устала ото всего, может, из-за неожиданности… Сложно было поверить, что именно Джон стоял за всем этим. Если человек к тебе нормально относился все это время, а потом воткнул нож в спину, то неясно, кому вообще можно верить.

Страшно жить в таком мире, страшно растить детей в такой атмосфере зависти и злости. Вдохнув морозный воздух полными лёгкими, я включила отопление в машине, завела мотор и направилась в сторону окраины города в частный сектор, где находился дом мэра. Я не знала, что ей говорить, у меня не было плана на этот счёт. Поэтому посреди дороги я передумала и развернулась назад, как раз в этот момент пришло сообщение. На экране появилось имя Майкла, и я открыла его.

«Получилось закончить все раньше. Буду поздно вечером. Целую».

Я быстро набрала ему ответ: «Не могу дождаться!» ― и отправила.

День, проведенный вдали от него, не показался бесконечным, но в груди было тянущее чувство нехватки чего-то дорогого. От этого было тревожно и неспокойно, несмотря на то, что головой я понимала — это просто эффект пары. Но душа ныла.

Когда пришло осознание этого, я так же поняла, по какой причине метаюсь по городу: чтобы забить голову левыми мыслями и не придавать значения этой боли в груди.

— Глупая, — прошептала я себе под нос, смотря на дорогу, и улыбнулась.

В голове родилась милая идея… Приготовить ужин со свечами, что-то романтическое, типичное для фильмов и разных мелодрам, но не для моей жизни. Точнее это было нетипично для моей жизни, ведь мужчин у меня за все двадцать девять лет было не так уж и много… Фактически их можно посчитать на двух пальцах одной руки. Но это все мишура.

Купив нужные продукты в супермаркете, я вернулась домой и сразу же принялась за головку, накрыв журнальный столик в гостиной, вокруг которого разбросала буквально все подушки, имеющиеся в квартире. Приглушила освещение, чтобы был полумрак, свечи зажигать не стала, не имело смысла делать это задолго до прихода Майкла.