Сумерки. Сага. Закат (СИ)

Дэвид в недоумении свел брови.

— Но твой выпускной через год.

— Да, просто до недавнего времени я не планировал прожить так долго.

Снова не то. Кажется ему стоило взять курсы по ведению бесед с семьей своего парня.

Тренер Ваймак немного замялся.

— Но, теперь ты можешь подумать, чем действительно хочешь заниматься.

Вдохновленный голос Кевина будто прорезал собой воздух.

— Вернуться в спорт никогда не поздно. Я буду тренировать тебя и через год ты сможешь добиться неплохих результатов.

Стало полной неожиданностью, что именно Кевин Дэй первый из всей их вампирской семьи сказал нечто, подразумевающее близкое общение и постоянный контакт. Если он собирался возиться с Нилом целый год, то можно было считать, что Джостена официально приняли в семью.

Судя по лицу Аарона, он никогда не собирался прощать Кевину такое предательство.

Нил внезапно для себя осознал, что не видит ни одной причины отказываться от столь щедрого предложения. Кевин был однозначно самым опытным игроком в экси, и пусть Джостену пришлось забросить этот спорт, когда-то он любил его всей душой. Почему бы ему не попытаться?

— Да, спасибо, я буду рад, если ты позанимаешься со мной.

Слова Нила поразили абсолютно всех, сидящих за столом, включая самого Кевина. Но на то он и был вампиром, что быстро пришел в себя и тут же погрузился в рассуждения:

— Отлично, я напишу для тебя план тренировок. Надо будет подобрать несколько хороших роликов. И, кажется, у меня где-то была запись твоего матча, я постараюсь найти.

Тут уж обалдел сам Нил.

— Зачем ты вообще хранил запись моего матча?

Кевин удрученно посмотрел на парня:

— О, Нил, ты правда не понимаешь, насколько перспективным новичком был? Ни до ни после я не видел в Младшей Лиге никого, лучше тебя.

В эту самую секунду Кевин навсегда потерял для себя возможность вымолить прощения Аарона.

Все за столом немигающим взглядом рассматривали Кевина, потому что даже для Нила было очевидно, что парень не был склонен к раздаче комплиментов.

— Спасибо, Кевин. Мне как раз не хватало еще одного наркомана в семье.

Эндрю сказал это с показным недовольством, но было видно, что он доволен тем, как семья приняла его парня.

В эту минуту Нил понял, что в него больше не влезет не рисинки, а на столе еще было больше половины изначальных блюд. Эбби заметила его грустный взгляд, устремленный на еду.

— Все в порядке, не нужно есть все это. Мы соберем тебе с собой.

Нил чуть не умер от облегчения.

— Спасибо большое, было очень вкусно. Даже суши, приготовленные без души, Аарон. Я давно столько не ел.

Эбби заулыбалась, застенчиво теребя в руках фартук.

— Я уже лет сто не готовила. Боялась, что могла ошибиться в расчетах. Но хорошо, что все получилось.

— Эндрю, отведи Нила посмотреть дом. Ему наверняка интересно увидеть, как ты живешь. — Джостен чуть не расцеловал Дэвида за эти слова. Он с самого начала обеда отсчитывал мгновения до момента, когда, наконец, скроется от прицела шести внимательных пар глаз.

Нил вылез из-за стола и постарался улыбнуться как можно искреннее.

— Очень рад был познакомиться со всеми вами. Спасибо, что позволили прийти.

Уже выходя из столовой Нил услышал, как Ники фыркнул:

— Позволили, ха. Скажи лучше — заставили.

***

Комната Эндрю была больше похожа на библиотеку. Столько книг Нил нигде еще не видел. Помимо них в углу возле окна стояли проигрыватель для пластинок, небольшой диван и шкаф. Отсутствие кровати сильно резало глаза, но Джостен прекрасно понимал, что Миньярду она была совершенно без надобности.

— Ты прочитал все это?

Нил пораженно осматривал длинные ряды полок, полностью заставленных книгами на разных языках, всех жанров и времен.

— Да. Нужно же чем-то заниматься.

— И сколько языков ты знаешь?

Эндрю ненадолго задумался.

— Шесть идеально и еще около четырех бегло.

Нил пораженно замер.

— Вау, а я думал, что это я полиглот.

Эндрю подошел к Нилу, все еще рассматривавшему разноцветные корешки, и обнял его со спины. Нил сразу отклонился немного назад и запрокинул затылок на чужое плечо.

— И что это за языки?

Эндрю провел ладонью по полоске голой кожи, выглядывающей из-под задравшейся футболки. Открытая шея Джостена была в нескольких миллиметрах от его губ, чем Миньярд не мог не воспользоваться. Оставив на покрывшейся мурашками коже нежный поцелуй, Эндрю ответил:

— Французский, немецкий, испанский, русский, китайский и итальянский.

Нил тяжело дышал, вцепившись в чужие запястья, обхватившие его вокруг талии.

— Je t’aime, Andrew.*

Миньярд куснул покрасневшею мочку уха парня и поцеловал выступающую линию челюсти. Эндрю запустил свою руку под футболку Джостена, оглаживая выступающие ребра и напряженные мышцы пресса. Нил едва сдержал громкий всхлип.

— Ты же помнишь, что нас сейчас слышит вся твоя семья?

Эндрю резко опустил руки на чужие бедра и притянул их вплотную к себе. Впервые Джостен почувствовал на себе чужое возбуждение, и это завело парня еще больше.

— В этом доме только я все эти годы был один. И своего наслушался, теперь их очередь.