Найдёныш, или подарок на Новый год

Лера одевала Ваню чисто на инстинктивном уровне, потому что глаза застилали слёзы, а душа сотрясалась от переполняющих её эмоций. Старший полицейский предложил бланк, где следовало расписаться, что ребёнок передан отцу, и Лера больше не несёт за него ответственность. Рука тряслась, и подпись получилась непохожей, но никого это не волновало.

Надев на малыша тёплые вещи, Лера потянулась за комбинезоном. Она не могла больше сдерживаться и сморгнула несколько слезинок, а Ванюша улыбался, он же не понимал, в чём дело.

— Артём, забери вещи, которые я Ване купила, мне они не нужны, — произнесла Лера, стараясь проглотить горечь и говорить ровным голосом.

— Уверена? Пригодятся твоим детям. Ты молодая ещё, родишь.

— Не рожу! И не пригодятся.

Лера шмыгнула носом.

«Неужели ты не понимаешь, что мне будет больно смотреть на них?» — застыл вопрос в голове, который Лера так и не решилась озвучить.

— Манеж… Игрушки … Приезжай и всё забери. Ладно? Ване очень нравится его кроватка.

Лера смогла подавить слёзы, хоть уже изжевала всю щёку изнутри от боли.

— До свидания, Валерия Максимовна!

— Ещё раз с Новым годом! — дополнил младший полицейский, но Лера не нашла в себе силы, чтобы ответить.

Артём уже обувался. Лера застегнула комбинезончик и принесла Ваню, передавая отцу. Она отрывала часть своей души и сжигала её. Всё лучшее, что произошло, Артём отнял у неё в один миг. Едва удерживаясь на ногах, посмотрела на Ванечку. Он ничего не имел против папы, тянулся к нему… Не могла она разлучать сына с родным отцом. Тут и пробовать бы даже не стала что-то предпринять.

— Спасибо, Лера! Я завтра пришлю к тебе курьера.

Лера кивнула. Она обхватила себя руками, глядя на Ванечку, в его пронзительные голубые глаза.

— Ма-ма-а-а! — закричал он, когда Артём вышел из квартиры. Звонкий голос и ударение на последний слог прокатились эхом по подъезду.

Артём не стал ждать лифт. Дверь за ним захлопнулась. Лера застыла. Она стояла, слыша в голове этот звонкий голос «ма-ма-а». Почувствовала, как от беззвучного рыдания сотряслись плечи, и закричала, переходя на истерическое рыдание.

Она больше не могла сдерживать в себе эмоции, от которых трясло, било лихорадочной дрожью, и невозможно было дышать. Скатившись по стене на пол, Лера так сильно сжала руки, что ногти оцарапали кожу на плечах, но физическая боль была ничто по сравнению с тем, что оторвали часть души, забрав ребёнка, успевшего так глубоко запасть в сердце.

Лера не знала, сколько времени просидела вот так. У неё уже высохли слёзы, а глаза начало щипать от боли. Когда дверь открылась, она вздрогнула и подняла взгляд. На пороге стояли родители. В руках отца находился огромный плюшевый мишка. Увидев игрушку, Лера снова принялась рыдать. Она не могла унять боль, что терзала и рвала на части. В голове было столько вопросов …

«Где там Ванечка?»