Яд цивилизации [СИ, черновик]

– Гм, – глубокомысленно пробормотал волшебник, проглотив последний кусочек удивительно вкусного лакомства и наблюдая за тем, как стоящий на корме лодочник отпихивает в сторону веслом качающиеся на волнах конечности, дабы те не запачкали борта водного такси чем-нибудь гадким. – А для культурной столицы России это нормально?

– Да здесь такое регулярно плавает, – заверил своего важного пассажира лодочник, не отвлекаясь от работы. Впрочем, поскольку иначе как по воде в Петербургскую академию оккультных наук попасть было практически невозможно, то этот таксист наверняка не раз возил и куда более высокопоставленных личностей. Во всяком случае, Олег выбрал себе такси премиум-класса: чистое, не протекающее, с защищающими от брызг высокими бортами, мягкой обивкой сидений, а также трезвым и гладко выбритым владельцем. А ведь среди предлагающих свои услуги коммерсантов имелись такие типы, которым для вхождения в образ бывалого пирата разве только попугая не хватало. Зверское выражение морды, деревянные протезы, кривые тесаки и пистоли за поясом у них имелись свои. – Целители, некроманты и демонологи, которые работают над домашними заданиями или в лабораториях, зачастую ленятся утилизировать материал как положено и просто выбрасывают в окно. А рыба и раки у нас все съедят…Правда, в темной подворотне с ними лучше не встречаться…

– С целителями или с некромантами? – Уточнил чародей, который прекрасно знал, что абсолютное большинство его коллег от всей души рассмеется над принципом: «Не навреди». И для какого-нибудь одаренного, но бедного одаренного идея отловить пару случайных прохожих, дабы попрактиковаться на них и набрать нужных органов, за которые не только не надо платить, но и при удаче можно выручить какие-то деньги, могла показаться вполне рабочей. В чем культурная столица России один в один напоминала Москву, так это в неоправданно высоких ценах буквально на всё и равнодушии к тем, у кого имеются проблемы с финансами. В плавающем такси имелось нечто вроде ящичка с относительно свежими газетами, и первый лист верхней из них был посвящен самоубийству разорившегося и отчисленного студента на каком-то мосту. Впавший в депрессию молодой волшебник во весь голос перечислил свои великие обиды на мир, а после подорвал себя посмертными чарами, прикончив пару десятков недостаточно далеко убежавших прохожих и частично обвалив инженерное сооружение. А за пару крохотных зефирок Олегу пришлось выложить достаточно серебра, чтобы оплатить себе комплексный обед где-нибудь во Владивостоке.