Наследник для Буйного

Я затрепетала после слов Марата и поспешно отвела в сторону взгляд от лица мужчины. В ответ Буйный лишь усмехнулся и провел пальцами по плечу, собирая ткань халата.

— Мой халат тебе настолько большой, что ты в нем тонешь. Взамен этого ты могла взять из шкафа мою футболку, она смотрелась бы на тебе как платье.

Пальцы Марата переместились на талию, он медленно приблизил меня к себе, запрокинул голову и запустил пальцы в мои волосы, сжав их у самых корней. Губы мужчины накрыли мой рот в глубоком страстном поцелуе, язык властно и напористо нажал на губы, заставив их приоткрыться. Кислород резко перестал поступать в мои легкие и голова закружилась.

Марат целовал меня так, словно речь шла не о простом поцелуем, он дерзко овладевал моим ртом, а толчки языка имитировали совсем другие движения, при мысли о которых ноги становились ватными и непристойный жар разливался по всему телу.

— Сладкая, как ликер, — оторвался от моих губ Марат, медленно провел по ним языком, словно намекая на продолжение. — Дрожишь, Синичка. Замерзла? Я могу согреть…

Сердце гулко и часто трепыхалось в грудной клетке, как пойманная в силки птица. Напору Буйного было сложно противостоять, его поцелуи на некоторое время лишали меня возможности говорить и вместо того, чтобы ответить, я лишь спрятала лицо на груди Марата, вдохнув пряный, горьковатый мускус тела, еще больше проникнувшись его покоряющей энергетикой.

— Пойдем, нужно тебя переодеть.

Буйный развернул меня в сторону спальни, подхватил на руки и занес внутрь. Едва мы оказались в помещении, мгновенно развязал узел на халате, приподнял меня под попой и усадил на комод, начав покрывать поцелуями кожу шеи и спускаясь на грудь. Его губы и язык оставляли влажные дорожки. Напор и страсть мужчины лишали воли, и когда он поймал в рот тугие вершинки, ритмично лаская, втягивая в рот еще глубже, с губ сорвался довольный, громкий стон.

— Вот так, да… Умница. Сладкая, я о тебе всю ночь думал… — не прекращая целовать меня, Буйный взглянул мне прямо в глаза и спросил требовательно. — А ты?

Его пальцы замком стиснулись на талии.

— Я прождала тебя до рассвета и уснула, не дождавшись, — призналась я.

— Но ждала, — выделил из моих слов главное Марат.

— Да.

— Покажешь, насколько сильно?

Марат поднялся и прижался своим лбом к моему, его губы замерли в сантиметре от моих, опаляя жарким, свежим дыханием. Он словно хотел, чтобы я проявила инициативу. Мне и самой хотелось накрыть его губы, от смелости этой мысли захватывало дух. Я осторожно поднялась пальцами вверх по напряженным плечам мужчины и сцепила их за крепкой мускулистой шеей, осторожно поглаживая горячую, смуглую кожу.

Сейчас на Марате красовалась темно-фиолетовая, почти черная рубашка, модные брюки и туфли. Он выглядел соблазнительно и ему катастрофически сильно шли темные оттенки.

— Ну же, не робей! — подсказал он, почти требуя моего поцелуя.

Может быть, я зря накручивала себя и ничего дурного со мной не случится, если я поддамся тому, чего и сама желала?