Альфа и Омега [СИ]

— Не могу поверить, что ты поставил эту ерунду в один ряд с войной и землетрясением! — закатила глаза его спутница, пока тот, довольный ее реакцией, приглушенно смеялся и пытался увернуться от ее острого локтя.

— Они воскресили Соломенную голову, но взяли другого актера на его роль! Да даже сделка с демонами не могла так испортить его внешность! Лучший слэшер поколения, но третья часть это просто плевок в лицо всем фанатам!

Они принялись оживленно обсуждать провал знаменитой хоррор-трилогии, и девушка в очках, досадуя, что тема разговора сменилась так резко, снова повернулась к бородачу:

— Кори, ты говорил про таблички, помнишь?

— Странно, что об этом вообще еще кто-то помнит, — хмыкнул он. — Я-то надеялся, моя будущая статья вызовет у общественности больше интереса.

— Ты ворошишь какие-то совсем замшелые древности, старик, — рассмеялся кто-то. — В семидесятых разве что инопланетяне на крыше Дома с колоннами не высаживались. Лучше бы в самом деле написал про Бешеного Билла или про бесславную кончину «Убийственной радости».

— Как будто про это и так не написана тонна макулатуры, — не удержался Кори, а потом подсел поближе к девушке в очках, видя, что она единственная, кто готов его слушать. Теперь мы сидели на диване втроем, и, хотя между мной и ими был почти метр свободного пространства, я все равно ощущала себя лишней. Но мне пока совсем не хотелось возвращаться к собственным проблемам и странностям, и я была готова послушать про чужие.

— Не обращай на них внимания. Они, во-первых, уже пьяные через одного, а, во-вторых, всегда тебе завидовали. Ведь ты Кори МакДонал, а они — просто клерки, просиживающие штаны в пыльных офисах.

И вдруг меня осенило. Я вспомнила, где видела этого мужчину и почему его имя так легко всплыло в моей памяти в отличие от всех остальных из его компании.

— Кори МакДонал? — подала голос я, решившись наконец привлечь к себе внимание. — Вы Кори МакДонал?

— Вы меня знаете? — вежливо улыбнулся он, как будто только меня заметив. Его собеседница тоже обернулась ко мне, удивленно подняв брови.

— Я читала ваши статьи, — призналась я. — И как-то видела вас на ток-шоу по телевизору. Ух ты. Понятия не имела, что у Макса есть такие знаменитые друзья. Меня зовут Хана Росс.

Я протянула ему руку, и он пожал ее.

— Очень приятно, Хана, — кивнул он. — Это Диана, моя подруга. — Мы с девушкой в очках тоже обменялись рукопожатиями, и от моего взгляда не укрылось, как она судорожно вдохнула, когда я придвинулась ближе. Сейчас мой запах уже успокоился и для людей был почти неощутим, но в том, как она отреагировала на мое вмешательство в разговор, и в том, как пристально смотрела сейчас, я чувствовала опасение — и, возможно, некоторое предубеждение. Читать людей было куда сложнее, чем бестий, и я порой обманывалась в собственных предположениях относительно их истинных мотивов и чувств. В конце концов, мне целых три года удавалось убеждать себя, что мой муж меня любит, в то время как он сам был совсем в этом не уверен.