Золотой ключ, или Похождения Буратины. Claviculae
- Автор: Харитонов Михаил Юрьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Городец
- ISBN: 978-5-907358-90-4
- Жанр: Юмористическая фантастика
Электронная книга - «Золотой ключ, или Похождения Буратины. Claviculae». Краткое содержание книги:
В настоящей книге содержатся «Ключики» — дополнения, прибавления и комментарии к эпической трилогии Михаила Харитонова «Золотой ключ, или Похождения Буратины» — роману, который по праву называют самым дерзким, самым ярким, самым необычным, самым смешным, но и самым глубоким произведением новейшей русской литературы.
Сейчас они настаивают на встрече и разговоре. Ретривер категорически против, я тоже. Честно говоря, я этой Флокс много чего наобещал. Ну а теперь всё будет в глобусовском стиле: наши дела это наши дела, а вот про ваши обязательства мы сейчас поговорим. Он давёжник, а я это ненавижу. Я всё-таки по литературе, а не по коммерции.
Мог бы в случае крайней необходимости взять на себя вот это всё? Ну то есть представлять нас на переговорах? Очень надо.
Миша
Борису Ретриверу от Цыбули Зусь-Худодотовны Лотерейчик (отправлено с бэтменом).
Cher ami,
меня ужасно расстроило твоё последнее lettre. Никогда, никогда больше не пиши мне такого! Ну конечно же, мы друзья и всегда ими останемся! Даже если с вашей лицензией возникнут какие-то problèmes, то не из-за меня. Ты же знаешь, как я люблю и тебя, и ваше милое, интеллигентное издательство. Сейчас истинно-культурных и при том порядочных существ в вашем бизнесе осталось так мало! Все сразу начинают с денег и заканчивают деньгами же. Я понимаю этот язык, иначе не могла бы выполнять свои обязанности. Но всё-таки ждёшь не только соверенов, но и взаимопонимания. У нас с тобой оно было всегда, и я этим очень дорожу.
Насчёт этого дела. Я знаю Платона Ефремовича давным-давно, ещё с тех времён, когда я носила колечко в клювике и щеголяла в ярких пёрышках. Наше знакомство началось со взаимных судебных исков, но потом мы сошлись и даже что-то вместе заработали. Кажется, мы при этом нарушили ужасно много всяких règles — даже не специально, а просто по легкомыслию. Какими же мы, en fait, были молодыми — и какой sérieux на себя напускали! Хорошо ещё, что большая часть тех глупостей, которые мы творим в этом возрасте, обычно сходит с рук, или, по крайней мере, обходится недорого. Увы, порой d'âge mûr к нам приходят неоплаченные счета из наших золотых лет. Это весьма досадно.
Извини, я немного расчувствовалась, со мной такое в последнее время случается всё чаще и чаще. Так или иначе, что было — то было. Сейчас мы с Платоном Ефремовичем — просто старые друзья. Он — милейший, чудеснейший старикан, немножко despote и, конечно, il a toujours des fantaisies. Но он вовсе не злой; скорее — упорный и несколько rigide. Если его специально не задевать, нет более отзывчивого, более великодушного существа. Однако он очень близко принимает к сердцу разные мелочи, если они ранят то, что ему дорого. Тогда он может быть désagréable и даже опасным. Но и в таких случаях его можно смягчить, если только уметь подобрать ключик к его сердцу — что не так уж и сложно, ибо Платону Ефимовичу свойственны обычные для его возраста и положения fablies.
PS. Я смогла бы, пожалуй, устроить встречу с ним. Тем более, у тебя сейчас есть оправдание: эта personne terrible, негодница Флокс, пытается вас преследовать, да ещё и привлекая к этому делу Глобуса! Мне доводилось сталкиваться с этим типом, это настоящий судебный разбойник! И всего лишь потому, что ты пошёл навстречу Платону Ефремовичу! Это в высшей степени возмутительно.
Cordialement à vous,
Ц.Л.
Борис Ретривер — Рубену Залупаеву, частное письмо (передано с бэтменом).
Дорогой Рубен.
Мы давно не встречались, и переписку ведём в основном деловую. Но сейчас мне нужен совет друга. Не консультация, а совет.
У меня такое чувство, будто я шёл на приём, и прямо перед парадным вляпался в какое-то дерьмо. С каждым шагом у меня всё меньше шансов его незаметно стряхнуть и вытереть лапу. Потому что дальше — чистая дорожка без бордюра, потом — крыльцо в граните, а дальше — мрамор и всё такое. Мне притормозить бы где-нибудь в лопухах. Но лопухов нет, а за спиной другие приглашённые. И я иду, как деф, по этой проклятой дорожке. Сгорая со стыда. И отлично понимаю, чем всё кончится. Я войду в приёмный зал с дерьмом на лапе. Вот тут-то все, конечно, обратят внимание. Ещё скажут потом, что сам извалялся. Фу.
Ты, наверное, понял: я про Флокс и всю эту историю.
Началось всё буквально с ничего, с пустого места. А теперь я был вынужден прервать отношения с коллегой, выкупил за свои же деньги книжку собственного издания, меня бомбардирует письмами контора Глобуса, а с другой стороны точат ножи юристы Голохвастова-Нащокина. Вчера пришёл Миша Сенбернар и устроил истерику со слезами.
Мне всё это успело достать хуже блох и геморроя. Причём — вместе взятых. Впервые за все годы я всерьёз думаю уйти. На жизнь у меня есть. В Нетто — домик с садиком. Буду лежать под акацией, грызть косточку и читать Плутарха. У меня ещё Плутарх не читан. И косточку сырую, цельную, как я люблю, а не вот это варёное убожество, щипцами расколотое, как обычно для наших подают. Не говоря уже о тергоровой реакции, которую я всю жизнь вынужден подавлять. Писал в начале о дерьме, а самого потрясывает: поваляться бы. Вот и поваляюсь. Всласть. И думайте что хотите.