Бесплатная библиотека
Читайте книгу на сайте или телефоне
READ-E-BOOK » Другие документальные фильмы » Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей
Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com

Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей

Электронная книга - «Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей». Краткое содержание книги:

Этот сборник является своего рода иллюстрацией к очерку «География зла» из книги-исследования «Повседневная жизнь Петербургской сыскной полиции». Книгу написали три известных автора исторических детективов Николай Свечин, Валерий Введенский и Иван Погонин. Ее рамки не позволяли изобразить столичное «дно» в подробностях. И у читателей возник дефицит ощущений, как же тогда жили и выживали парии блестящего Петербурга… По счастью, остались зарисовки с натуры, талантливые и достоверные. Их сделали в свое время Н.Животов, Н.Свешников, Н.Карабчевский, А.Бахтиаров и Вс. Крестовский. Предлагаем вашему вниманию эти забытые тексты. Карабчевский – знаменитый адвокат, Свешников – не менее знаменитый пьяница и вор. Всеволод Крестовский до сих пор не нуждается в представлениях. Остальные – журналисты и бытописатели. Прочитав их зарисовки, вы станете лучше понимать реалии тогдашних сыщиков и тогдашних мазуриков…
1 ... 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
Перейти на страницу:

На пространной площадке, уставленной козлами, стояло уже десятка три-четыре извозчичьих закладок. Лошади жевали, туча голубей ворковала… Мир и тишина царили на дворе… Среди пролёток ходил рослый мужичок и заботливо посматривал на закладки; здесь он прятал кожу с сиденья дрожек, там поправлять торбу у лошади, а, завидев нас при въезде во двор, пошёл навстречу.

Вот первый, последний и единственный раз, когда я, как извозчик, встретил радушный приём и человеческое отношение! Здесь я почувствовал себя гостем, равным в правах, почти как дома, без всякого «начальнического» ко мне отношения. Мужичок этот, по имени Сергей, с открытым, добродушным, сильно загорелым лицом, протянул мне свою мозолистую руку и спросил:

— Новичок?

— Новичок, — ответил я, — второй день езжу.

— На своей?

— Нет, у хозяина.

— Давай, земляк, сюда, здесь свободнее. Постой, я тебе помогу, вот так; кожи есть? Надо спрятать, а то, случается, таскают извозчики друг у друга, есть ведь озорники.

Сергей уставил мою закладку, сам разнуздал лошадь, привязал её к козлам, и мы с попутным извозчиком пошли чай пить.

Никогда не забыть мне этого «антре»[50]! После я попривык к притонам и входил даже развязно, но первый раз меня так ошеломило, что я закачался как пьяный. Нельзя ни за что поверить, чтобы чистенький и приличный «с улицы» трактир в доме миллионера Целибеева[51] мог иметь такую ужасную обстановку «со двора»!

По удушливой, смрадной лестнице мы попали в самый «Дюссо»…

Вот какая картина развернулась передо мною:

Анфилада комнат, окутанных густой махорочной синевой[52]. Все комнаты переполнены извозчиками, расположившимися вокруг столов, так что почти нет проходов. На первом плане плита с кипящими сковородками и чайниками. В центре бильярд, около которого ходят с киями пьяные уже извозчики. Гул от говора десятка голосов покрывает отдельные крики:

— Пару пива!

— Косушку на двоих.

— За семь чаю!

— Четвёрку в угол…

— Режу в среднюю!

— Селянку[53] за пятнадцать…

и так далее…

Среди столов мелькают фигуры половых, разносчиков, булочников и других «промышленников», питающихся около извозчиков. Столы вдоль стен и посредине комнат наполнены бутылками и сковородками. Атмосфера так насыщена, что раскрытые окна не освежают воздух; чувствуется букет из махорки, постного масла, пота, сивухи и ещё чего-то…

Меня затошнило и в глазах потемнело… Первая мысль была бежать на воздух, но мой коллега, с которым я приехал, нашёл уже у столика два места и кричал:

— Стриженый извозчик, иди сюда, иди скорей, пока не заняли…

Я поспешил на зов и подсел, почти упав на стул… Стол оказался накрытым красной скатертью, которая вся залита жиром, а концы засморканы… Опять меня затошнило…

— Ты что будешь? — обратился ко мне коллега, — Съедим по селяночке на сковородке?

— Нет, ты ешь, а я чай выпью.

— А водки?

— Я не пью…

— Что, верно, выручки ещё нет?

— Нет, так не пью.

— Ну, а я выпью… Эй, услужающий!

Маленькое замечание: извозчичьи дворы рассчитаны на известное число лошадей, а комнаты чёрных половин для людей не имеют никакой нормы. На воротах трактира прибита дощечка: «столько-то колод на столько-то лошадей», но никто не имеет ввиду, что при каждой лошади есть человек, которому тоже ведь нужны место и воздух. Если нельзя «набить» двор лошадями, то почему можно «набить» низкие, тесные комнаты извозчиками как сельдями в бочонке? Почему? А ведь мы в эту минуту сидели буквально друг на друге и при раскрытых окнах нельзя дышать! А зимой, когда окна закупорены?

Очень скоро нам подали косушку, два стаканчика, сковородку и «пару чая». Слуги очень предупредительны со своими гостями и бегают без передышки. Коллега мой принялся за выпивку и закуску, а я сказал, что подожду его пить чай и принялся наблюдать.

Черные от загара и грязи физиономии извозчиков в большинстве какие-то сонные, припухшие и совсем безжизненно-равнодушные, невозмутимые, флегматичные… Фигуры все сохраняют тот же вид, как на козлах. Несмотря на жару и духоту, никто не расстегнулся, все сидят в кушаках и наглухо закрытых армяках. Почему? А потому, что устройство армяка и кушака требует не менее четверти часа на облачение, в виду чего извозчики и предпочитают париться, чтобы после не возиться с застёжками, ремешками, кушаками и т. п.

Все сидящие, очевидно, одна семья, близкие товарищи; или земляки, или работники одного хозяина. Только мы «чужие» с моим коллегой, который ездит в Эртелев переулок, где у него тоже своя семья. Беседа мирная. Некоторые пьют совершенно безмолвно, другие говорят, спорят, кого-то ругают. За одним столом только царило оживление… Там один клал под ладонь монету, другие угадывали «орёл или решётка». Угадавший выигрывал и в свою очередь «подносил»… Делалось это секретно и, как только слуга приближался, руки убирались со стола…

вернуться

50

Вступление, появление.

вернуться

51

Домовладельцы Целибеевы владели на Загородном проспекте следующими домами: №№ 15,17,21 и 23. Трактир размещался лишь в одном из этих строений — в доме № 21 (дом не сохранился). В 1894 году трактиром владел Григорий Михайлович Волков.

вернуться

52

Простонародные трактиры размещались либо в подвалах, либо в первых этажах. Обычно состояли из 5–6 комнат, полы в них были деревянные, некрашеные, грязные, потому что подметались и мылись редко. Стены оклеены дешевыми обоями, покрытыми жирными пятнами и пылью, потолки плохо выбелены и покрыты копотью от керосиновых ламп. Столы, стулья и комоды грязны и пыльны. Буфет, состоящий из стойки, обычно был обит клеенкой, часто рваной, на ней стояли грязные тарелки с закусками. Рядом с ними — медный таз с холодной водой, в котором мылась посуда, вытирали её грязным полотенцем. Кухня содержалась ещё более неряшливо: на стенах паутина, на потолке мухи, на полу тараканы. Провизия была ничем не прикрыта и потому кишела насекомыми.

вернуться

53

Тушеные на постном масле овощи (капуста, лук, картошка) с мясом или мясными изделиями (ветчина, колбаса).

1 ... 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
Перейти на страницу:
0
Сюжет
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Атмосфера
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Главный герой
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Общее впечатление
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
Итоговая оценка: 0.0 из 10 (голосов: 0 / История оценок)