Нежный взгляд волчицы. Замок без ключа

Разумеется, они с Яной оказались за Главным Ковром, как его про себя прозвал Сварог (вообще-то названия у него не было, но нужно же его как-то для себя именовать?). Роскошный был ковер, как и следовало ожидать: круглый, диаметром уарда в три, темно-вишневый, расшитый золотыми нитями в сложные и разнообразные узоры. Его окружали другие, уже прямоугольные, предназначенные для гостей. Расположиться с комфортом там можно было только двумя способами: либо сидеть по-турецки, либо полулежать или лежать, опираясь На толстые цилиндрические подушки. Яна выбрала первое – сказались годы охоты в Каталауне, где в лесу на привалах обходятся без всякой мебели. Сварог, не раздумывая, предпочел второе – благо этикет не просто позволял, а прямо предписывал. Вольготно разлегся, опираясь локтем на подушки. Одним словом, как выражался не особенно и обремененный образованием герой классического романа: «И теперь возлежим, словно древнеримские греки».

А вокруг, насколько хватало взгляда, тянулись становившиеся все более протяженными другие концентрические кольца из разноцветных ковров – круг диаметром в парочку лиг. На такое пиршество допускают всех, от вождей до последних табунщиков. Женщин, правда, приходится одна на сотню. Ратагайцы о матриархате и правах женщин в жизни не слышали, а расскажи им кто, закатились бы от хохота и посчитали рассказчика скорбным на головушку. В старые времена женщины, даже жены самых уважаемых и влиятельных членов рода, пребывать за пиршественными коврами не могли. В последнюю пару сотен лет наметился некоторый прогресс нравов – но все равно, допускались только жены даже не всей ратагайской знати, а ее верхушки. Яна под это определение вполне подходила, так что ни малейшей неловкости ее присутствие не вызывало. Правда, считанные люди здесь (вроде Баруты и парочки его родственников) знали, что она императрица. Но вот, что она – законная королева Хелльстада, жена короля королей, знали все до единого, так что и здесь все шло согласно неписаному степному этикету.

С началом пира в небе на высоте лиги появился невидимый для пребывавших на земле орбитал девятого стола. Речь на сей раз шла исключительно об использовании служебного положения в личных целях. Сварогу просто-напросто хотелось посмотреть как это пиршество выглядит с высоты, и он, оставшись один, уже просмотрел парочку снимков. Что ж, красиво, живописно, эффектно: пестрый круг, пересеченный шестью радиальными просветами, по которым могли бы скакать четыре коня в ряд. Еще одна старинная традиция, свято соблюдавшаяся: в прежние времена не раз случалось, что во время такого вот торжества вскачь приносился гонец на взмыленном коне и объявлял, что вторглись враги. Как исстари заведено, кони пирующих, заседланные и взнузданные, паслись несколькими большими табунами совсем недалеко – и очень быстро все оказывались в седлах (нападать на противника во время такого пира не считалось зазорным). Правда, последняя серьезная война меж двумя соперничающими родами случилась более чем полторы сотни лет назад, но традиция есть традиция, особенно в Ратагайской Пуште…