Шерлок Холмс и доктор Ватсон [сборник]

– И какие же он поставил условия?

– Так вот, сэр, он хотел иметь ключ от дома. В этом ничего удивительного нет. Жильцы нередко имеют свой ключ. А также, чтоб его предоставили самому себе, и никогда, ни при каких обстоятельствах не тревожили.

– Но ведь и в этом нет ничего особенного.

– Так-то оно так, сэр, да надо меру знать. А тут какая уж мера. Он у нас десять дней, и ни я, ни мистер Воррен, ни служанка ни разу его не видели. Мы слышим, как он там ходит и ходит – ночью, утром, днем, но из дому он выходил только в первый вечер.

– О, значит, в первый вечер он выходил?

– Да, сэр, и вернулся очень поздно – мы все уже легли спать. Он предупредил, что придет поздно, и просил не запирать дверь на задвижку. Я слышала, как он поднимался по лестнице, это было уже после полуночи.

– А как насчет еды?

– Он особо наказал, чтоб еду ставили на стул за его дверью после того, как он позвонит. Когда поест, он звонит опять, и мы забираем поднос с того же стула. А если ему надо что-нибудь еще, он оставляет клочок бумаги, на котором написано печатными буквами.

– Печатными буквами?

– Да, сэр, карандашом. Только одно слово и ничего больше. Я принесла вам показать, вот: МЫЛО. А вот еще: СПИЧКА. Эту записку – «ДЕЙЛИ ГАЗЕТТ» – он положил в первое утро. Я оставляю ему эту газету на стуле каждое утро вместе с завтраком.

– Вот как! – сказал Холмс, с любопытством разглядывая клочки бумаги, протянутые ему миссис Воррен. – Это действительно не совсем обычно. Желание отгородиться от людей мне понятно, но зачем печатные буквы? Писать печатными буквами – утомительное занятие. Почему он не пишет просто? Как вы это объясните, Ватсон?

– Он хочет скрыть свой почерк?

– Но зачем? Что ему до того, если квартирная хозяйка получит бумажку, написанную его рукой? Впрочем, может, вы и правы... Ну, а почему такие лаконичные записки?

– Понятия не имею.

– Это открывает перед нами интересные возможности для умозаключений. Написано плохо отточенным, фиолетового цвета карандашом весьма обычного образца. Обратите внимание, у записки оборвали уголок после того, как она была написана, недостает кусочка буквы «м» в слове «мыло». Наводит на размышления, Ватсон, а?

– Он чего-то опасается?

– Безусловно. На бумажке, по-видимому, остался след, отпечаток пальца или что-нибудь еще, по чему его могли бы опознать... Так вы говорите, миссис Воррен, что человек этот среднего роста, брюнет и носит бороду. А сколько ему лет?

– Молодой, сэр, не больше тридцати.

– На что вы еще обратили внимание?

– Он правильно говорил по-английски, сэр, и все-таки, судя по произношению, я подумала, что он иностранец.

– И он был хорошо одет?

– Очень хорошо, сэр, настоящий джентльмен. Черный костюм – ничего такого, что бросалось бы в глаза.

– Он не назвался?

– Нет, сэр.

– Не получал писем, и никто не навещал его?