О вулканцах и людях (СИ)
- Автор: Harry Cantin
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «О вулканцах и людях (СИ)». Краткое содержание книги:
Кирк чуть прищурился.
– А вот это уже действительно любопытно.
Спок утвердительно наклонил голову.
– Полностью согласен с вами.
– Вероятно, это был какой-то свихнувшийся андорианец?
– Если отбросить экспрессивный эпитет, то вы правы – этот ученый принадлежал к андорианской расе. Он родился в семье исследователей и очень рано решил посвятить себя науке. Надо сказать, его научные перспективы оценивались его коллегами как «блестящие»; судя по всему, он действительно был талантлив. Спустя некоторое время у него появилась идея-фикс – создать совершенную расу. Полагаю, он обладал несколько извращенным представлением о совершенстве. За четыре года ему удалось собрать группу единомышленников, которые поначалу и помогали ему в реализации его теоретических разработок. На корабле они оборудовали несколько лабораторий. Первые эксперименты были поставлены на его собственных детях, которых было двое. Один не выжил. Однако ученого это не остановило – дальнейшие эксперименты проводились на «образцах», завлеченных на корабль теми или иными противозаконными способами. Судя по всему, участники многих экспедиций, которые до сих пор считаются пропавшими, стали жертвами этих преступных экспериментов. На данный момент в живых не осталось ни одного из ученых, которые стояли у истоков этих разработок, но во всех созданных ими киборгов заложена программа – продолжать дело, начатое их создателями. Они считают это своей миссией.
Кирк несколько секунд переваривал услышанное. Затем покачал головой.
– Мда… Действительно, масштабное сумасшествие. – Он снова задумчиво помолчал, а затем добавил тише: – Сколько психов в этом мире, Спок? И скольких еще нам посчастливится повстречать?
Он встал и сделал несколько шагов, машинальным жестом ероша волосы на затылке. Краем глаза он заметил, что Спок следит за ним взглядом.
– Капитан, я полагаю, на данный момент наиболее важным фактом является то, что их удалось остановить. И это почти целиком ваша заслуга.
Кирк вскинул голову. «Похоже… Спок пытается меня похвалить?» Он снова сел и зачем-то передвинул чашку.
– Ну, не надо преувеличивать. Ты тоже поучаствовал. И Боунз. И все остальные.
– Мое участие было минимальным…
Кирк покачал головой:
– Давай не будем спорить, Спок. Без тебя бы ничего не вышло, это очевидно.
Повисла короткая пауза. Кирк скользнул взглядом по чашке Спока, по его длинным, тонким пальцам, задержался на запястье. Вскинул глаза и испытал секундное замешательство, встретившись с глазами вулканца, на одно неизмеримо долгое мгновение погрузившись в их чернильную темноту. Сейчас они показались ему совсем черными, словно зрачки заполнили собой всю радужку целиком – быть может, виной тому было приглушенное освещение? Он не успел обдумать это – мысли перескочили на другое, а потом он вдруг решил – сейчас. Он скажет все сейчас. А после – будь что будет.
– Спок… – голос прозвучал хрипло и как-то слишком тихо. Вулканец молча ждал продолжения. Джиму показалось, или в его позе появилась какая-то напряженность?
Молчание затягивалось, но Спок не прерывал его. Он словно застыл. Джим мучительно подыскивал подходящие слова. Как же все это сложно, как глупо объясняться словами, когда есть такое простое и понятное… К черту слова. Он вдруг, неожиданно для самого себя, приподнялся со своего места, подался вперед, а потом, так и не успев сообразить, что творит, неловко коснулся пальцами заостренного уха и потянулся к строго сжатым губам. Секунду Спок не двигался, словно окаменев, а после… это было настоящее откровение.
Кирка захватило, смяло, подчинило чужое желание. Казалось – губы Спока были везде, они ощущались не только кожей, но и под ней, словно какая-то часть вулканца вдруг оказалась внутри Джима, внутри его сознания. Эта безумная страсть ослепляла, лишала воли, пробегала вдоль каждого нерва электрическим импульсом. Джим задохнулся, запрокинул голову и вцепился в твердые плечи навалившегося на него вулканца, как в единственную опору в этом внезапно обезумевшем мире, который с каждой секундой все больше терял привычные очертания. Это не было поцелуем… это было сумасшествием.
Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Спок вдруг замер, пару секунд еще продолжал прижиматься лбом ко лбу Кирка, закрыв глаза и тяжело дыша, а потом тихо отстранился, оставив болезненную пустоту. Джим жадно глотнул воздуха, и тот обжег легкие, растекаясь по ним холодными струйками. Горло саднило.
– Спок, я…
– Не говорите ничего, капитан, – прервал его Спок глухим, не своим голосом. – Это было… недопустимо. Я… прошу прощения.
Джим непонимающе моргнул, а потом его прорвало:
– Что? Спок, это же я начал! За что я должен тебя простить? За то, что не оттолкнул?
Он вдруг обмяк, словно выдохся, и устало опустился на стул.
– Спок… почему ты так… Ты же тоже хочешь этого, я ведь почувствовал, ты… почему ты просто не дашь себе волю?
– Потому что… потому…
Вулканец не смотрел на Джима и мучительно подбирал слова. По его скулам расползались лихорадочные зеленые пятна. Столешница, край которой он машинально сжал пальцами, жалобно затрещала. По телу Джима пробежала непонятная дрожь.
– Спок… Пожалуйста, Спок…
Спустя невыносимо долгое мгновение рука Спока дрогнула и потянулась к его руке; длинные бледные пальцы коснулись его пальцев; они крепко, почти до хруста, сжали его ладонь, потом запястье; и вот уже он в объятиях Спока, и горячее дыхание опаляет его шею, а ребра, кажется, сейчас просто сломаются, не выдержав ударов взбесившегося сердца. Спок больше не целует; он просто прижимает к себе, прижимает так, словно жизнь его зависит от этого, и лихорадочно шепчет в ухо, пряча лицо в коротких вихрах цвета спелой пшеницы:
– Я не верил… не мог поверить, что ты тоже… Я был в разладе с самим собой… Это… казалось неприемлемым. Я боролся с этим. У меня почти получилось…
– Что у тебя получилось?
– Не думать о тебе. Но потом…
– Потом я снова все испортил, да? – нервно хохотнул Кирк, рваными движениями гладя вулканца по напряженной спине. – Какой же ты дурак…
Спок не возражал. Он слепо тыкался в шею, в ухо, в щеку, в волосы Кирка, а его руки сжимали так, что Джиму было тяжело дышать. Впрочем, Джим не жаловался.
– Спок… а… а Ухура? – все же решился он спросить спустя пару минут. – Вчера я видел вас…
Его сердце сжалось. Вчерашняя картина отчетливо встала перед глазами, а в душе поселилось пугающее чувство, что вся его чертова жизнь зависит от того, что он услышит в ответ.
– Ухура… – Споку понадобилась секунда, чтобы сообразить, что от него хотят. – Мы пришли к мнению, что нам лучше закончить наши романтические отношения. Предложение расстаться исходило от нее, но у меня не было возражений. У нас уже некоторое время были… серьезные разногласия. Я… не мог удовлетворить ее эмоциональные потребности и осознавал это.
Кирк уткнулся лбом в твердое плечо и дернулся от очередного нервного смешка. До него дошло. Он поднял голову.
– Значит, вчера…
– Да. Именно вчера, в баре на палубе номер два, в 2234 по корабельному времени, мы окончательно закрыли этот вопрос.
Кирк крепче прижал к себе неподатливое тело – сплошь обнаженные нервы и острые углы. Сейчас ему было плевать, как называется то, что он чувствует. Главное – он это чувствовал, и Спок чувствовал тоже. Каким-то непонятным, необъяснимым образом, гладя щеки, плечи и подрагивающие пальцы вулканца, он просто знал это.
***
Увольнительная пролетела быстро. Она напоминала какой-то сумасшедший, нереальный калейдоскоп новых ощущений – во всяком случае, для Кирка. И это были вовсе не физические ощущения. Физически его вряд ли можно было чем-то особенно удивить. Это было где-то глубже. Наверно, он был счастлив, хотя за все три дня эта мысль – о том, что он счастлив – ни разу не пришла ему в голову. Он слишком наслаждался ощущением счастья, чтобы успевать думать об этом.