Война по соседству

— Вали на хрен! — пробормотал я, лениво приоткрыв глаза.

Согнув ногу в колене, смотрел на свои ладони. Мелкие порезы сочились кровью, но было плевать. Даже если сдохну сейчас от потери крови, плевать.

Андрюха сел рядом, упираясь спиной в стену. Услышал, как щелкнула зажигалка, а секундой позже Морин, кашлянув, выдохнул дым.

— Мне понадобился месяц, чтобы на ее лицо вернулась улыбка. Два месяца – чтобы она перестала рыдать по ночам. Три – чтобы смогла спокойно говорить о прошлом. Четыре – чтобы, услышав твое имя, она не билась в истерике. Пять – чтобы убедить ее, что она умница, красавица и вообще самая замечательная на свете. Шесть – чтобы она вернулась сюда и могла спокойно послать тебя в задницу, — тихо говорил Морин, смахнув пепел с сигареты на пол и передавая ее мне. Как когда-то в юности, когда мы еще были мелкими пацанами, пробовавшими курить за гаражами. — Сам понимаешь, старался не для тебя. Она никогда не впустит в свою жизнь мужика, окончательно не забыв тебя. Муза не воспринимает меня, как мужчину. Я для нее просто друг. Но это не на долго. Пройдет еще месяц, и ты останешься в прошлом. Я не займу твое место. У меня будет свое. И в отличие от тебя, я не просру его в постели проститутки.

— Следуешь четкому плану? — хмыкнул я, докуривая сигарету Морина и затушив окурок в осколках.

— Угадал, — скривился Андрей и поднялся на ноги. — Но выиграю именно я. Знаешь почему? Потому что ты ведешь себя как хренов идиот. А Муза – девочка с хрупким сердцем. Романтичная, юная девчонка. Но тебе этого не понять, придурок.

Морин спрятал зажигалку в карман брюк и смотрел на меня сверху вниз. А я лениво прикидывал, куда впишется мой кулак в первую очередь: в холеную морду, или по корпусу?

— Я не изменял ей. Никогда. И сейчас не собираюсь, — проговорил я, глядя на Морина.

— Мне пустить слезу? — хмыкнул Андрюха.

— Как хочешь. Только без боя я девчонку не отдам, — заявил я, сжимая руку в кулак.

— И я тоже, — кивнул Морин, нацепив надменную улыбочку на свою звездную физиономию.

Морин ушел, оставив меня наедине с собственными мыслями. А я вдруг понял, что Андрюха сам не осозновая, а подкинул мне подсказку.

Сказал, что Муза – романтичная девчонка с хрупким сердцем? Значит, она получит столько романтики, сколько Морину не снилось.

— Какой же ты тормоз, Демон, — пробормотал я.

Ведь не для Морина я должен стараться. А для Музы. Потому что она – это лучшее, что случилось со мной за всю жизнь.

***

Дверь тихонько закрылась за высокой фигурой молодого мужчины со следами драки на лице.

— Ну, как там? — кивнул Медведев.

Морин пожал плечами, криво улыбнулся.

— Пациент близок к исцелению. Пункт номер два? — хмыкнул Андрей.

Медведев хитро прищурился, что-то выискивая в своем телефоне.

— Думаешь, поверил? — засомневался Эдик, а Андрей бросил снисходительный взгляд на приятеля.

 Молодые люди шли по коридору, тихо переговариваясь. А когда Морин оказался около дверей, ведущих в его номер, мужчина остановился: