Не красавица

— Скучала, красавица?

Поравнявшись, он легонько подталкивает меня к коридору, в который ещё минуту назад я мечтала незаметно улизнуть. 

— Приехал к тебе, как и обещал. Покажешь, что там с договором?

************

Я собираюсь открыть дверь кабинета, но Дан меня опережает и делает это сам, галантным жестом приглашая войти. 

— Спасибо, — бормочу я, напоминая себе не опускать глаза и не горбиться. — У тебя прекрасные манеры.

— Приятно, что ты заметила, — пружинит мне в плечо. — Это заслуга моих родителей. Отец — выдающийся джентльмен.

Ох, как же сложно шагать на восьмисантиметровых каблуках, когда тебе в спину устремлён мужской взгляд. Если вдруг споткнусь и подверну ступню, мне точно потребуется психотерапевт, чтобы это пережить. 

— Передай им спасибо при случае, — с делано непринуждённой улыбкой отвечаю я и с облегчением опускаюсь в кресло. — Сейчас это большая редкость. 

— Правда? — спрашивает Громов, усаживаясь напротив и свободно закидывая ногу на ногу. — Тебе не везло с ухажёрами? 

Издав смущённый смешок, я придвигаю к себе стопку бумаг, лежащих на краю стола, и начинаю увлечённо их перебирать. Вообще-то это мамина фраза. Она вечно сетует на то, что настоящих мужчин не осталось, и, конечно, не забывает упомянуть отца.

— Не знаю, для чего так сказала. Это даже не мои слова.

— Тогда, пожалуй, перейдём к договору, — заключает Дан. — Чем обрадуешь, Татьяна Викторовна? 

Выудив из стопки нужный лист, я фокусируюсь на первой пометке, сделанной красной ручкой. 

— Начнём с главного. Пункт с отсрочкой. Здесь указано шесть месяцев. Максимальный срок платежа со всеми контрагентами в нашей компании составляет сорок пять календарных дней, поэтому…

— Тс-с-с, красавица, — перебивает Громов, заставляя меня нервно скрестить под столом ноги. — Я с удовольствием подискутирую по поводу каждой правки, которую ты подготовила, но конкретно этот пункт останется неизменным. Шесть месяцев для расслабленной Европы. Только так. 

Ослепительно улыбнувшись, он откидывается на изголовье кресла.

— Я ведь предупреждал, что в делах бываю жутко противным. Пожалуйста, продолжай.

Мне не сразу удаётся взять себя в руки. Глупо было забывать, что за обходительностью и улыбками Дана скрывается стальной каркас, о который скорее можно расшибить нос, чем согнуть. Наверное, другие люди высокие посты и не занимают. 

— Пункт шесть-четыре, — продолжаю я, прочистив забитое волнением горло. — Пени за каждый день просрочки платежа. Ноль-ноль-один процент от общей стоимости отгруженной партии товара, но не более десяти процентов от общей суммы задолженности...