Птица в клетке. Письма 1872–1883 годов

Гравюры, которые ты мне подарил, – «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» и портрет преподобного Хелдринга – уже висят в моей комнатке, ах, я так доволен ими, они вселяют в меня надежду. Я просто напишу тебе о своих планах, благодаря чему мои мысли прояснятся, и это придаст мне решительности. В первую очередь я думаю о словах: «Удел мой – соблюдать слова Твои»: я испытываю горячее желание познать сокровища Библии, основательно и с любовью изучить все ее старинные истории, и в первую очередь то, что мы знаем о Христе. В нашем роду, который является христианским в полной мере этого слова, в каждом колене, как бы глубоко мы ни заглядывали, кто-нибудь становился священником. Почему бы этому призванию не проявиться в нынешнем и в последующих поколениях? Почему бы и теперь одному из членов семьи не почувствовать склонность к служению: есть основания полагать, что он может объявить об этом и искать путей к достижению этой цели. Это моя молитва и мое искреннее стремление: чтобы дух моего отца и деда снизошел на меня и мне было бы позволено быть христианином и христианским мастеровым, чтобы моя жизнь походила как можно больше на жизнь тех, кого я назвал, потому что они – старое вино, а я не желаю нового. Их Бог будет моим Богом, и их народ будет моим народом, чтобы это стало моей долей – познать Христа в полной мере и быть объемлемым Его любовью. Что являет собой эта Любовь, очень красиво описывает следующее выражение: «Нас огорчают, а мы всегда радуемся», и в 1 Кор. XIII: «Все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит, никогда не перестает». Сегодня в моем сердце – слова странников на пути в Эммаус, когда наступил вечер и солнце зашло: «Но они удерживали Его, говоря: останься с нами».