Возрождение [ЛП]

— Неа, нет необходимости. Просто нужно немного посидеть, — она осторожно опускает ногу на землю и пытается сделать еще один шаг. Кончается тем, что она матерится от боли в ноге.

Я прикусываю губу.

— Да, думаю, стоит сделать рентген.

Одри вздыхает, а я принимаю во внимание ее нежелание получить медицинскую помощь. — Может быть. Хотя не хочу пропускать декламацию.

— Я шла только ради тебя. И могу обучить тебя всему, что нужно. Давай.

В довольно неловком виде мы начинаем очень долгую прогулку в центр здоровья, который находится на противоположной стороне кампуса от той, куда мы направлялись. Дождь начинает идти сильнее, и к тому времени, как доходим, оба выглядим так, словно упали в бассейн.

Одри стонет, опускаясь в кресло.

Я стараюсь не показывать свою заинтересованность ее травмой. Сожалея, словно это я нанесла вред подруге, беспокоюсь, насколько ей больно. Таким образом, я смогу посмотреть, как быстро она восстановится. Очевидно, Одри убеждена, что это не страшно. Или это действительно так или она что−то скрывает, мне нужно подождать и посмотреть.

Не такая уж и большая зацепка, но было бы неплохо наконец−то исключить одного человека из списка X.

Было бы еще приятнее узнать, что Одри — это Х. Тогда миссия была бы закончена, и я смогла бы доставить ее в безопасное место.

С этой мыслью проверяю зал ожидания центра здоровья. Здесь довольно пусто, за исключением стульев по периметру и плакатов о здоровом образе жизни на стенах. Поблизости должно быть место, где персонал держит медицинские карты об учащихся.

Конечно же, когда медсестра ведет Одри в отдельную палату, то несет бумажную папку.

— Вы можете идти и вернуться в класс или куда вам нужно идти, — говорит она мне.

— Я останусь за компанию.

Медсестра моргает, смотря на меня поверх своих очков.

— Думаю, она сможет справиться со всем остальным сама.

— Ну, ладно тогда, — я машу на прощание Одри и возвращаюсь в зал ожидания. Значит, спрошу о лодыжке позже.

Прежде чем выйти на улицу, я осматриваю кабинет с камерами и никого не обнаруживаю. Это не удивительно, учитывая, что я уже знаю о безопасности КиРТа. Я спокойно открываю несколько дверей на своем пути и просовываю голову внутрь. Большинство из них либо шкафы, либо комнаты для осмотра, но один оказался офисом. Ряды картотечных шкафов расположены вдоль дальней стены. Уверена, что они заперты, но это не проблема.

Услышав голоса людей, входящих в здание, закрываю последнюю дверь и иду обратно в общежитие. Осмотрю их позже.

Одри возвращается во второй половине дня, утверждая, что лодыжка в порядке. Она только и сделала, что подвернула ее. Прикладывает к опухоли лед и затем хромает до обеда, но к тому времени, как мы выходим из столовой, она всего лишь чуть−чуть ковыляет.

— У тебя все быстро заживает, — замечаю я, пока мы идем в общежитие.

— Это не страшно. Я лишь усилила всеобщее мнение о том, какая я неуклюжая.